— Да, но жрице это может не понравиться, она верит, что всё можно закончить миром.

— А ей знать и не обязательно. Возможно, то, что она соберёт амулеты, ещё сыграет нам на руку. В конце концов, если они действительно важны Дракону, у нас будет преимущество. Армия армией, но всё же не стоит упускать вариант того, что Риана права, — задумчиво сказал он, сцепив перед собой руки.

В этот момент в дверь постучались, и после разрешения в покои вошёл генерал Траск. Как всегда в полном вооружении, только боевых доспехов не было. Но можно было не сомневаться, если бы те не были слишком тяжёлыми и неудобными, в будничные дни он бы и их носил, не снимая.

— Ваше Величество, вы звали меня? — сказал он, встав смирно и привычным движением опустив кисть руки на меч. Траск был одним из немногих, кому позволялось носить оружие в присутствии короля.

— Да, Траск, проходи. — Король махнул ему, приглашая давнего друга присесть рядом с собой. — Мне надо с тобой обсудить организацию войск. Мэтр, вы можете быть свободны.

Маг поклонился и вышел из комнаты. В душе его всё ещё кипело беспокойство, но он не смел показывать его окружающим. И лишь добравшись до свой башни, он смог немного успокоиться, но, как оказалось, здесь его ждал сюрприз.

— Мэтр! — Теперь уже безбородый Алекендр стоял у входа в его комнату и переминался с ноги на ноги. — У меня к вам срочное дело!

— Насколько срочное? — без всякого интереса переспросил старый маг. Он не ожидал, что его коллега сможет рассказать ему что-то, о чём он ещё не слышал от Первого Рыцаря и жрицы.

— Настолько, что это может повергнуть вас в шок, — возбуждённо ответил Алекендр. Зермон вдруг присмотрелся к нему и заметил, что тот похудел после похода, хотя в целом стал выглядеть ещё более устрашающим, чем прежде, только вот глаза горят, как у мальчишки после первого посещения ярмарки.

Зермон вздохнул и решил, что вполне может уделить ему немного времени, а там уж и решить, отчитать коллегу за чрезмерную впечатлительность или нет.

— Проходи. — Он кивнул, заходя в свою комнату. — Только без предисловий, прямо и кратко.

Они зашли в довольно мрачную комнату, и старый волшебник тут же выпустил небольшого светлячка, который озарил всё вокруг мягким сумрачным светом. Алекендр отметил, что за то время, которое понадобилась на их короткое, но насыщенное путешествие, здесь ничего не изменилось. Хотя то же самое можно было сказать и о последнем десятилетии. Разве что только слой пыли прибавился.

Алекендр даже в полумраке мог хорошо ориентироваться в этом помещении, полном различными книгами, настойками, статуэтками, зеркалами и прочими нужными и не очень вещами. Старый волшебник мог годами не обращать внимания на всю эту утварь, а мог неделями, не выходя, копаться в ней, что-то практикуя и разыскивая. И если раньше кто-нибудь да пытался вразумить Зермона или прибраться здесь, то теперь все, как один, оставили эту затею, смирившись с чудачеством старого мага.

— Сюда. — Старик поманил Алекендра и пошёл к своему креслу, которое всегда стояло у окна. И только устроившись в нём и накрывшись пледом, он посмотрел на коллегу и разрешил: — Ну давай, рассказывай.

— Мэтр... — Алекендр на миг растерялся, не зная, с чего начать. — В этом путешествии произошло кое-что необычное.

— Похищение принцессы и жрицы само по себе необычно, — буркнул Зармон, доставая свою трубку и набивая её табаком.

— Конечно, но я не об этом. В определённый момент нашего путешествия я уловил необычное магическое волнение. Я не могу сказать, когда точно, но началось всё уже в Сенкине, под Кентрисом. Я почувствовал необычные колебания, а магия вдруг стала другой. Одни заклинания изменились, другие усилились, я не рискнул проверять комбинации, но даже светлячки чуть не ослепили меня, а уж крыса...

— Так, стоп-стоп, — перебил его раздраженным голосом Зермон. — Какие светлячки? Какие крысы? О чём ты говоришь?

— Мэтр, магия изменилась! Я бы продемонстрировал вам, но, к сожалению, эффект долго не длился — всего пару дней, потом всё пришло в норму. Я так и не понял, из-за чего всё началось.

— Ты точно уверен, что тебе не показалось? — Старик скептически посмотрел на него, пыхнув своей трубкой.

— Мэтр, на моих глаза рана сэра Абертиса затягивалась так же, как у принца Стонгута после Большой охоты. Я бы сказал, что после того, как я наложил исцеляющее заклинание, она начала срастаться даже быстрее, чем в тот день, когда вы спасли принца. Я был настолько удивлён, что не сразу глазам своим поверил. А потом стал проверять остальные заклинания. Они тоже все стали сильнее, а некоторые, усилившись, приобретали совершенно другие свойства. А сила ощущалась такая, что... я просто... такая мощь... это что-то неописуемое!

Алекендр буквально захлёбывался словами, пытаясь описать весь тот восторг, что он испытал. Это словно всю жизнь пить из небольшого кувшина, а потом встать под водопад. Это ощущение опьяняло, и уже не хотелось возвращаться к кувшину. Всю обратную дорогу Алекендр чувствовал небывалую усталость и опустошение. И ему хотелось сделать всё возможное, чтобы этот эффект повторился и действовал дольше.

Однако Первый волшебник никак не разделял его восторга, более того, старик сидел, мрачно смотря перед собой и пыхтел своей трубкой.