— Ты точно идиот.

— Да кто ж знал, что она жрица. Когда я её видел, она была почти голой. Я и подумал...

— Чем подумал? Не мог сообразить, что раз пришла с Абретисом, то не просто шлюха на ночь? А даже если так, то он явно не для тебя бы её привёл.

— Да ладно тебе. Авось, ещё обойдётся.

— Молись, — мужчина вздохнул. — И угораздило же меня остановить её. Будем надеяться, что она нас не запомнила... И кстати, что такое этот "канибизм"?

— А Безликий его знает, — пожал плечами его собеседник.

Риана тем временем уже дошла до бараков и увидела место, где воины проводили время в боевых тренировках. Здесь было грязно, да и запах не из приятных, но, тем не менее, земля была ровной и места много.

В любом случае, выбирать не приходилось.

Девушка вышла в центр площадки и вытащила свои клинки. Вдохнув воздух всей грудью, она закрыла глаза. Подняв правую руку, она плавным движением рассекла воздух перед собой, и тут же левой рукой последовала в другую сторону. В некоторых культурах то, что делала сейчас Риана, назвали бы танцем с мечами, но это было обманчивое впечатление. Все её движения — это замедленный повтор смертоносных ударов. Выполняя то же самое посреди боя и в быстром темпе, она будет крайне опасна для любого, кто находится рядом. Плавно двигаясь по твердой морозной земле, мечница скользила в слабом свете факелов. Лишь её клинки время от времени светились, отражая свет огня, сама же жрица целиком погрузилась в себя, отключившись от реальности.

Как она и ожидала, мир этот был очень похож на многие другие, её сила и физическая выносливость здесь отлично приспосабливались. Авок и Керен скользили по воздуху, правда весили немного легче, чем прежде. Но она к этому скоро привыкнет.

Сделав резкий взмах правой рукой, Риана подалась вперёд и её тело, словно вода, перетекло из одной стойки в другую. Теперь, будь она посреди настоящего боя, она бы подсекла противника и, повалив на землю, добила бы одним ударом. Проделав всё это с воображаемым врагом, Риана тут же перелилась в другую стойку и уже проводила высокую атаку на следующую "мишень".

Её гибкое тело двигалось так пластично, что со стороны действительно все её движения были похоже на танец, но сама девушка не отдавала себе отчёта в том, как выглядит сейчас. Она думала о том, сколько ей пришлось вытерпеть, чтобы добиться таких лёгких движений и смертоносной скорости. Сколько укоров и косых взглядов ей пришлось пережить, сколько сочувственных вздохов, сколько грустных улыбок, сколько робких жестов и не всегда успешных попыток скрыть неловкость при общении с ней. Риана любила своих сестёр и знала, что все они также любили её, просто им сложно было смириться с тем, что она не такая, как они.

Когда Риане во время ритуала явился клинок, она, как и все, была удивлена. Владение мечом, искусство битвы и смерти — это мужское призвание. Ранее ничего подобного никогда не было. Девушки почти все получали чисто женские дары, а иногда нейтральные, которые были присущи обоим полам. Но никогда ранее ни одна жрица не получала мужской талант. Другие девы могли владеть магией, исцелять, вдохновлять, дарить людям смех, были талантливыми мастерицами и рукодельницами. Они учились нести радость, умиротворение и мудрость. Каждая из них, в конце концов, обретала внутренний свет, который притягивал к себе всех в округе.

Риана же, получив совершенно другие навыки и возможности, жутко гордилась собой. Осознание того, что она не такая как все, опьяняло её. Она особенная, единственная в своём роде. Однако она не сразу сообразила, что лишилась гораздо большего, чем приобрела. Потому что ей, вместо того, чтобы растить в себе ласку и нежность, приходилось тренировать своё тело, решительность и целеустремлённость. Вместо мягких женственных прикосновений она училась крепко хвататься за рукоятку меча, вместо ласковых слов она выкрикивала боевой клич, вместо плавных движений она резко взмахивала руками...

Но самое печальное было то, что вместо женской мудрости она воспитывала в себе мужскую силу...

Жрица, не чувствуя усталости, размахивала своими клинками. Она закрыла глаза, наслаждаясь свистом рассекаемого воздуха, порывам ветра, шуршанием ткани и скрипу кожи, свободой движения... Это было то, что она знала... Это было то, что она умела...

Риана настолько увлеклась, что не заметила, как начало светать. Но потом она почувствовала чьё-то присутствие и, открыв глаза, обнаружила Лекамира, стоящего недалеко от неё и, прислонившись к какой-то конструкции, наблюдающего за ней. На его лице была улыбка и восхищение. Рядом с ним находилась молодая девушка с длинными чёрными волосами, собранными в косу, на её лице было такое же изумление и восхищение.

— О! — Риана остановилась и повернулась к неожиданным гостям. — Я, кажется, увлеклась. Уже взошло солнце.

— Так ты всю ночь, вот так вот... — удивился рыцарь, наконец осмелившись подойти ближе после того, как Риана прекратила свой смертоносный танец.

— Мне больше нечем было заняться. — Она вложила клинки в ножны и улыбнулась ему. — Доброе утро, Лекамир.

— Доброе утро, Риана. — Он улыбнулся в ответ.

Жрица посмотрела на девушку, робко прячущуюся за рыцаря, та выглядывала из-за его спины и буквально пожирала её глазами. На вид незнакомке было около восемнадцати лет, и она была довольна мила. У неё была слишком светлая кожа и длинные чёрные волосы. Этим она резко контрастировала с Лекамиром, у которого кожа имела золотистый цвет, а волосы светлые, выгоревшие на солнце. Впрочем, девушка эта была, без сомнения, не местная, так как большинство местных, как отметила Риана, имели светло-русую шевелюру.