— А если всё же обнаружится? — с приторно-ласковым ехидством осведомился прадед, сразу раздумавший взбираться на верхний этаж и выбирать себе самую удобную комнату. Ну и Кастине, разумеется.

— Не должен, — неохотно произнес хозяин, — у нас везде стоят ловушки и сигнальная сеть. Это невероятный случай.

— Но не невозможный, — тихо, словно самой себе, пояснила травница, но её услышали все.

— Вам волноваться нечего, — сухо пообещал Трофимус и поспешно исчез за дверью.

— В общем, так, — посопев, строго сообщил Ольсен, — поскольку мы все родня, то ни на какой четвертый этаж я не полезу. И вам не разрешаю. И выбирать комнаты по цвету занавесок никто не будет, баловство это. Идем на второй этаж и занимаем комнаты в одной стороне, подряд. Умываемся и переодеваемся ровно полчаса и собираемся в столовой. Всем понятно?

— Всем, — коротко кивнул Берест, тайком усмехаясь над дедом, впервые показавшим откровенно, кто истинный командир в их семейном отряде.

Да они и раньше его слушались… когда он отдавал приказы в виде туманных подсказок, испытали на своей шкуре не по одному разу, насколько прав обычно бывает Ольсен. И не так важно теперь, что он и сам может ошибаться и делать очень больно и самому себе, и любимой женщине… Людей, которые не ошибаются, не существует. Хотя Дест и не пожелал бы никому таких ошибок.

Комнаты заняли быстро, поселившись так, как обычно в походах делили спальни в трактирах. Дед с Касей заняли угловую, рядом поселили Милу, потом взяли комнату Ардест с Весей. Напротив устроились княжичи, оставившие с воинами проверенных десятников.

— Умеют они устраиваться удобно, — тихонько ворчал Берест, обходя небольшую, продолговатую, но уютную комнату, в которой удобно было и заниматься делами, и обедать, и посидеть вечерком у очага. В дальнем углу виднелась дверь в ещё меньшую спаленку, а оттуда в умывальню, где сейчас купалась Веся.

Княжич старательно отогнал видение жены в широкой бронзовой лохани, которую рассмотрел лишь мельком, не время сейчас думать о таком. И не стоит считать себя невезучим, если судьба не выдала даже нескольких дней на медовый месяц. Зато подарила Весенку… и этот дар стоит сотни других. Княжич направился к окну, посмотреть на крепость с высоты второго этажа, и снова задумался над странной пустынностью ухоженных лужаек и непонятной таинственностью чародеев. Что-то во всём этом есть безрадостное… даже угнетающее, и хочется, чтобы Саргенс поскорей открыл им тайну этого места.

Столовая оказалась ещё уютнее, чем комнаты гостей. У окон на маленьких столиках стояли горшки с пышно цветущими кустиками необычайно крупных фиалок и герани, в углах резные поставцы с посудой, у стен, под роскошными гобеленами работы восточных мастеров — удобные диваны. Занявший середину комнаты длинный стол, застеленный вышитой скатертью той же работы, был накрыт к завтраку. Пышные пироги, стопки блинов, сметана в ярких мисках и горячий отвар в пузатых серебряных чайниках со смешными носиками, тоже привезенных с востока.

Ну да, сообразила Веся, рассматривая это великолепие, всё верно. Если у них есть ещё такие же усиленные магией барки, как у Тонрела, то гораздо проще пересечь Ойрет и купить все необходимое у купцов в поселках восточного берега, чем пробираться по Хорогу. Да и сам Тонрел может сплавать… поди дня за три доберется. И удобнее, и безопаснее. Как они убедились воочию, степняки его барке не страшны. Да и не на чем им плавать, кроме лодок и плотов, какие хингаи отбирают у жителей прибрежных деревушек.

— Вы ещё не все съели? — ворвалась в столовую Бенра, за которой шёл необычно благодушный Саргенс. — Мы завтракаем с вами.

— Мы ещё даже не садились, — чуть ворчливо сообщила Веся, — ждем деда с Терсией. Он объявил себя командиром нашего отряда… а теперь опаздывает.

— Ничего подобного, — появившийся в дверях Ольсен бережно подвел Кастину к столу и усадил напротив стопки блинов, — мы не опаздываем, прошло точно полчаса. Это вы поторопились. Сарг, мы желаем знать, что тут происходит?! И почему здесь нет фантомов? Трофимус сбежал, когда мы его спросили… но у меня стойкое ощущение, что ты скрыл от нас очень важные особенности вашей войны с древним шаманом.

— Нашей войны, Оль, — строго поправил его чародей, — но она никуда не денется, если мы сначала позавтракаем… потом я вам всё покажу.

В своей ошибке Саргенс убедился через десять минут, едва успев разложить на тарелке и начать мазать маслом и икрой второй блин.

— Спасибо, — первым поднялся из-за стола мельник, и это простое движение тотчас послужило сигналом для остальных.

— Спасибо… спасибо… — словно эхо пронеслось по уютной комнате и стихло, заглушенное звуками отодвигаемых стульев.