Я заметил пришвартованный к панцирю корабля-черепахи легкий грузовик — вероятно, его планировалось распотрошить во время разгона. Как сообщил Вохлик, второй транспорт взорвался вместе с челноком антранцев. Командир с усмешкой добавил, что на мзинов так подействовала трансляция. После демонстративной расправы, что устроил в прямом эфире наемник, некоторые хвостатые решились на героическое самоубийство.

— Зачем тебе этот урод? — поинтересовался антранец, увидевший моего подопечного в доке, куда прибыл абордажный бот. Его сосед с эмблемой пилота на плече ухмыльнулся, сделав жест, обозначающий усекновение головы.

— Нет-нет, — ответил я, — на моей планете подобные ему, только чуток поменьше, холодными вечерами греют ноги женщинам и суровым воинам. Но этот не такой — лично зарезал много чернокожих. К тому же он еще и наполовину робот, что означает — слабым человечишкам пощады не будет!

— Выглядит не очень, — засмеялся вояка. — У одного нашего был хвостатый. Только вонял сильно, так что придется брать фильтры. В этом смысле ящеры лучше.

— Надо будет посмотреть, как он будет рвать черных на арене, — добавил второй, потеряв к мзину интерес.

— А это что такое? — Я ткнул пальцем в поврежденный корабль, размером чуть меньше нашего абордажного бота.

Корпус трофея зиял всего тремя аккуратными отверстиями, но выступ кабины и вооружение не пострадали. Видимо, чужой истребитель угостили поражающие элементы боеголовки — обычно тонкие стержни, которые расходящимся конусом выбрасывал мощный заряд. С таким оружием точно целиться не требовалось — при попадании даже один такой стержень прошивал легкую броню, как бумагу, разнося в клочья хрупкую начинку. А в одной боеголовке таких стержней или дробин было как минимум несколько тысяч.

Аппарат был опасно красив, в отличие от предельно функциональных конструкций людей. Остроносый, с обтекаемо-гладким корпусом и чуть выступающими с боков округлыми консолями. Из-за широких красно-черных полос корабль смахивал на разжиревшего крокодила с чуть изогнутым клювом вместо пасти. Рядом находились четыре спасательные капсулы непривычных очертаний — у аппаратов мзинов кабина отстреливалась целиком.

— «Харкар». Неудачная конструкция, — сообщил антранец.

— Почему? Вроде здоровая штука. Наверняка и пушек много…

— Старье. Только что размолотил таких парочку, — охотно пояснил пилот. — Вроде тяжелого истребителя. Только пара лазерных установок — похож на хакданский «Эриш», только пошустрее.

— Это командирская машина, — проявил я информированность, — фюзеляж полосатый — значит, внутри сидит кто-то вроде младшего вождя.

— Знаю. Но, к сожалению, пилот сдох раньше, чем мы его достали. Нелюдя размазало по кабине, когда компенсационный генератор вырубился. Зато других вытащили. Там не такие хиляки, как твой. Настоящие зверюги! — с ухмылкой сообщил антранец.

— И что с ними будет?

— Известно что — наши вояки их порубят на кусочки. Давно у нас мзинов не было! — Губы вояки изобразили зловещую улыбку. — Нелюди сами не прочь сдохнуть на арене. Они, кстати, с нашими проделывают тоже самое. Вроде как нужно прикончить этих уродов полсотни — тогда пленника отпускают или принимают в клан.

— Ритуал «Нар Та-Хал», — кивнул я. — Воспитывают молодняк — эти считаются воинами, только когда прикончат кого-нибудь. Шансов у человека пережить такое мало.

— Что с них взять… нелюди, — беззлобно буркнул имперец. — Раньше считал, сколько таких прикончил, но на четвертой сотне бросил это дело…

Я покачал головой, представив рукопашную схватку человека и мзина — мне подумалось, что решиться на такое может только самоубийца. Кошки намного сильней, да и с рефлексами у них все в порядке. В общем, зрелище должно быть еще то. Хотя на схватку абордажника Делуса и мзина я бы и сам посмотрел с интересом.

Прибывший челнок выгрузил группу черных, которых наемники принялись сортировать. Арварцы выглядели подавленно — невнятно мычали и заторможенно передвигали ногами. Вероятно, бойцы накачали их какой-нибудь дрянью. Наемники тут же поделили пленников, какой-то толстяк выкупил сразу двух чернокожих подростков.

Наш Лумис покинул место пилота и вприпрыжку подбежал к группе новоявленных рабовладельцев, показав на пухлую женщину с кучей косичек на голове. Однако коротышка не смог договориться с владельцем живого товара — тот не хотел расставаться со своей собственностью даже на пару часов и за деньги.

— Вот она, цивилизация… — пробормотал я. — Черные продают белых. Белые продают черных…

— Мы сейчас далековато от центральных миров, так что претензии предъявлять некому, — засмеялся Хасс. — Они с нашими проделывают разные нехорошие вещи — лучше смерть, чем попасть к арварцам!