– Ребятки, пойдемте в академию, мне что-то дурно - пролепетала побледневшая Каарин, вернувшись из "дамской комнаты". Еще бы, от такого туалета и патологоанатому плохо станет.

Когда мы вернулись в Академию, и разошлись по своим жилищам, было уже совсем поздно. Но спать не хотелось совсем. На Земле я бы пошла в ванную, повалялась бы в горячей водичке, но, увы. Тут и душ весьма сомнительный и пока я не разобралась, как он работает, приходилось мыться под холодной струёй. "А ларчик просто открывался", все было завязано на магии желания. Да и вообще, все устройство академии и то, как ты в ней обитаешь было завязано на знаниях, приобретенных в ней же. К примеру, хочешь разжечь огонь, чтоб погреть себе отварчика, осваивай магию огня. Хочешь, чтоб не мучили сквозняки - воздух к твоим услугам. Любишь что-то выращивать или решил связать себя с травопроизводством* в будущем - земля, земля и еще раз земля. С водой, как мне кажется, и так все понятно. Вода - это жизнь. Калеб рассказывал, что те, кто в совершенстве овладели этой стихией, умеют лечить людей. Мой же "огонь" создан только для тепла и разрушения, если тепло меня радовало, то разрушать мне совсем ничего не хотелось, я вообще в этом плане пацифистка

Чем же заняться? Читать не охота, телевизора здесь нет... Остается только спать. С этими мыслями я и завалилась в постель, предварительно раздевшись. Одевать пижаму мне было лень, да и алкоголь начинал действовать.

Проснулась я от того, что кто-то сильно стучал в дверь. Выглянув на улицу, я убедилась, что проспала не больше двух часов, потому что за окном стояла черная ночь. Кто ж меня так поздно желает видеть?

Накинув длинную майку и бриджи, я в сто пятьдесят пятый раз прокричала "иду, иду" и действительно пошла.

На крыльце, облокотившись об косяк стоял бледнющий и замотанный в длинный плащ Калеб, его трясло и от него несло крепкой выпивкой. Классно, видимо, он пьян и решил, что я для него подходящий вариант. Пф, вот пожалуюсь принцу! Стоп, с каких это пор принц является для меня неким подобием карательного отряда для его нерадивых подопечных? Сама разберусь.

– Что тебе надо? Ночь на дворе.

– Мне нужна твоя помощь, давай пройдем внутрь...
– сказал он проникновенно так, глядя в глаза и шепотом...Мда...

– А что, Нартанэ тебе не может помочь?

– Нет

– Знаешь, что приличная девушка не пускает к себе ночью пьяных мужчин?

– *непечатное выражение*, я ранен.
– Калеб немного отвернул плащ и показал, что его рубашка былаизорвана и испачкана кровью. А то, что под рубашкой наверно совсем жутко.

– Проходи.

Калеб прошел, при каждом движении морщась и хватаясь за стену, и со стоном приземлился на стул.

– Ты когда-нибудь обрабатывала раны?

– Ну... гипотетически.
– я сразу попыталась вспомнить все уроки ОБЖ и все серии сериала Доктора Хауса- не густо, а в критической ситуации у меня вообще ступор - ну сперва на до промыть рану. и тебе надо лечь... Но до кровати ты не дойдешь...

– Постели плащ, лягу на пол.

Я и плащ постелила и несколько подушек с кровати стащила, не уверена, что это полезно, но удобно точно. Хорошенечко промыв рану на боку, я стала думать, что делать дальше. Кровило очень сильно, края были желтоватые, а значит, успела загноиться, все же у местного населения быстро происходит регенерация. Калеб был в полной бессознанке, очевидно, что из-за большой кровопотери, а это надо прекратить. Кажется, профессор по травоведению говорил про настойку калтунина - маленькие желтенькие цветочки. Ворсу, которому по долгу службы приходилось часто обрабатывать раны и порезы, выращивал их на крылечке. А кстати, может попросить его помочь с ранами? Как только я поднялась и направилась в сторону двери, я услышала слабый окрик

– Если ты кому-нибудь расскажешь, то будут большие неприятности.
– он что, мне угрожать в таком состоянии решил?

– Ладно, я за лекарством.
– И бегом к дому Ворса, главное, чтоб он спал и не задавал вопросов... Впрочем, с этим мне повезло.

Вернувшись, я застала Калеба в очередной бессознанке. Бедный, какая же я дура, что сразу его не пустила, ему ведь, наверно, было очень больно. Надо по быстрому соорудить настойку: смешать все ингредиенты, т. е . спирт и несколько цветочков и состарить магией желания. При попадании этого чудодейственного средства на рану, кровь действительно прекращала течь наружу практически мгновенно. Теперь надо как- то обработать... О, точно, у меня же осталась та мазь, которую мне дал Ворс, после того, как растерла ноги в кровь после бега. Она как раз - таки продизинфецирует и заживит.

Когда я закончила, Калеб все еще был без сознания. Так что стаскивать с него разорванную для удобства обработки и перевязки рубашку мне пришлось самостоятельно. Собственно говоря, обмывать его тело от запекшейся крови - тоже. Многим девушкам сия процедура доставила бы немалое удовольствие, поскольку тело у Калеба было, как у профессионального пловца, но я устала, у меня дрожали руки и я хотела, чтоб он очнулся, чтобы наконец быть уверенной, что все сделала правильно.

Очнулся раненый лишь после 3 третьего компресса на лоб, но хватило его лишь на то, чтоб выпить специальную настойку, которую я сварганила после очередного мародерства в саду у Ворса, и дойти до постели. Калеба я хорошенько укутала, как мамаши обычно укрывают свое годовалое чадо. Осталось решить вопрос, где спать мне. Хотя какая уже к черту разница. В моем доме кроме кровати нет ни одной поверхности, хотя б отдаленно ее напоминающей. А значит, нашему больному придется потесниться, хотя ему, наверно все равно, просто положим между нами побольше подушек. Решено.

Едва я выстроила между нами барьер из подушек и занесла голову над одной из них, я отключилась. Видимо, сказываются вечерние гуляния и нервотрепка с раной.

А снилось мне, как меня убивают. Гонятся по большой пустынной улице, долго гонятся, а потом убивают, вонзая кинжал прямо в сердце. И так больно стала, будто это произошло в реальности. Я вскрикнула и проснулась. Сердце нещадно болело.

– Эй, что с тобой?
– Калеб выглядел уже совсем отдохнувшим, румяным и бодрым, однако с постели так и не ушел.