Но задавать этот вопрос Варе он не стал. Ему хотелось хорошенько ее допросить, чтобы самому сделать выводы.

– И долго ты до этого по мельнице бродила? – уточнил Веня.

– Кто же такое помнит, когда интересно? – удивилась Варя. – Наверное, долго. Потому что я там все-все изучила.

– Ну и откуда же шли твои звуки? Что, русалки хороводы водили?

Веня говорил нарочито небрежным тоном, показывая, что все эти страхи ему нипочем. Но, если признаться, у него даже сейчас мурашки по коже бегали. И он завидовал Варьке. Ведь сам испугался даже тех звуков, которые слышал на берегу Русалочьего омута и которые можно было принять за обыкновенное эхо.

– Так ты говоришь, скрежет и лязг? – переспросил он.

– Ну да. Как будто цепь на что-то наматывается. Как на колодце, когда воду достают.

Все это время Веня и Варя сидели на берегу. Хоть они и пришли к речке, но не купались. Им это и в голову не пришло. Конечно, не потому, что они боялись русалок. Просто они увлеклись разговором.

– Да, интересно... – пробормотал Веня. – Кто же это там воду достает? Русалки? Водяной?

Варя рассмеялась.

– Ты что, Веня? В каменном веке живешь? Или думаешь, в компьютерную игру попал?

– А что, Варька? Интересно ты выразилась. – Веня задумался. – Получается, каменный век – это почти то же самое, что компьютерный. И там, и там русалки есть. А вот в нашей жизни их нет.

«Или я ошибаюсь?» – подумал он, посмотрев, как река медленно уплывает за поворот.

Туда, где затаился Русалочий омут.

Дома стоял крик.

Точнее, кричала одна только бабушка Валентина Ивановна. А Пятачок громко хрюкал. Бабушка кричала с крыльца, а Пятачок высовывался из-за куста смородины. И такое было впечатление, что бабушка декламирует со сцены, а он, как суфлер, дает подсказки.

Спектакль был в самом разгаре. Не хватало только зрителей. И вот когда зрители, то есть Варя с Веней, появились, спектакль неожиданно прекратился. Потому что вопреки всяким правилам в суфлера полетел веник. Но ловить его Пятачок вовсе не собирался. Он ловко уклонился, издав при этом обиженный визг, и бросился к Варе.

– Что у вас здесь происходит? – спросила Варя Пятачка.

Но ответила, конечно, бабушка:

– У нас?! У кого это у нас? Почему ты меня в одну компанию с этим хулиганом записала?

Веня с Варей растерянно переглянулись. Чтобы Пятачок стал хулиганом за каких-то полчаса? Такого еще не было. Что же он мог натворить? Пятачку и раньше доводилось бывать в гостях, но ни разу на него никто не жаловался.

– Что же он натворил? – воскликнул Веня.

Конечно же, он чувствовал ответственность за мини-пига. Валентина Ивановна ведь не приглашала поросенка в гости, это Веня его привез.

Варя метнулась в дом. И сразу же выглянула в одно окно, в другое.

– Здесь все нормально, – пожала она плечами.

– Не хватало еще, чтобы и там все было кувырком! – еще больше рассердилась бабушка. – Вы на грядки полюбуйтесь!

Грядки выглядели так, что любоваться на них не хотелось.

Корешки, вершки – все спуталось, и нельзя было разобрать, что на какой грядке росло. Неужели это все сделал Пятачок? Слишком уж большое пространство для хулиганства одного маленького поросенка. Конечно, угадывались канавки от его пятачка. Но вот следы... Столько следов! И все какие-то странные: копыта, но разных размеров.

– А это, наверное, домовой, – сказал Веня.

– Ага! Три домовых! – воскликнула бабушка. – Двух я выгнала, а один за куст спрятался.

Веня внимательно посмотрел на бабушку. Не шутит ли? Кого она имеет в виду?

– Это ж надо, паршивец этакий! – продолжала кипятиться Валентина Ивановна. – Мало того, что сам всю морковку перекопал, так еще и пир на весь мир устроил. Гостей созвал!

Понятно было, что паршивцем она назвала Пятачка. Но при чем тут гости?

– Каких еще гостей, бабушка? – спросила Варя.

– Дашку да Мишку.

«Интересно, сколько этим Дашке и Мишке лет? – подумал Веня. – Мелкие дети вообще ничего не соображают. Не закормили бы Пятачка конфетами».

– Вот втроем эти копытные всю морковку и истоптали! – сказала бабушка.

«Сильно же расстроили Валентину Ивановну эти детишки, – подумал Веня. – Если она их копытными называет».

И тут калитка, ведущая из огорода на лужайку, зашаталась. Кто-то извне пытался ее открыть. Валентина Ивановна вскрикнула и бросилась к калитке, но та уже распахнулась. И явила всем странную пару. Теленок и коза, наклонив головы в разные стороны, умильно смотрели на грядку.