— Я к гибели малышей не имею никакого отношения, мне, правда, предлагали, но я кахтегорически отказался. Я хочу попросить политическое убежище в России. Сделайте меня беженцем. У нас 438 человек сбежали в Россию. Их там встретили как братьев, покормили, напоили, оказали медицинскую помош и отправили домой. Их уже вернули на хронт. И я так хочу, почему бы нет-

— Если дашь правдивые показания, может и тебя отпустят.

— Дам, дам, что тут такого?

Новость о том, что Луганску грозит гуманитарная катастрофа, обрадовала военное руководство карателей.

— Вот теперь мы победим! — воскликнул министр Обороны Галатей. — Вот теперь я получу звание маршала. Если не получу сейчас, то не получу никогда. Ай да министр обороны.

Он сегодня удачно показался бандеровцам в новой солдатской форме, не то войск НАТО, не то американцев. И даже помогал солдатам закладывать ракеты в систему Град.

— Господин министр, будя вам трудиться, глядите, какие у вас белые ручки как у моего ребенка попка, ён недавно родился во Львове, то бишь в Лемберге.

Галатей вытер пот с лица белой перчаткой и тут же отправился в бункер. Туда недавно привезли генералов. Новый начальник штаба, уже четвертый по счету, генерал Бздикуляк, вскочил, приложил руку к пустой голове, как это делают в американской армии и доложил:

— Вашество, енерал плутковник! Командный состав готов к выполнению боевых задач. Ой, что это у вас сажа на пердчатках- Господа генералы, посмотрите, наш министр обороны испачкался.

— Испачкался, испачкался, истинно так!

— Э, пустяки, садитесь. Это я десять ракет отнес по очереди к системе град и запечатал, куда следует. Каждая ракет весит будь здоров. Когда все было готово, нажал на гашетку. Раздался выстрел, задрожала земля, а там гляжу: куски террористов по воздуху разлетаются. Тут я решил пройтись по городу, чтоб увидеть всю эту радостную картину с более близкого расстояния. И знаете, что я определил, двигаясь по городу- В Луганске гаманитарная касистрофа. Необходимо срочно доложить Верховному Хальцману, нашему президенту. Выходит, и стрелять не надо, противник сам концы отдаст в ближайшее время, а мы все получим по лишней звездочке, а потом начнем готовиться к параду победы в Севастополе.

— Генерал Бздиколяко! Набирай номер Пердуске-Хальцмана, он так обрадуется и скажет, как быть дальше.

Но не успел Бздикуляк взяться за телефон, как из Киева раздался звонок, мощный, протяжный.

— Гилитей, Гулитей, Бидей! Это Пердуске-Хальцман!

Доложи как идет война с теллолистами, мне докладать Бардаку через десять минут.

— Все добже, Пердилко-Хальцманко. Враг деморализован, он уже на коленях, хочет поднять руки, но не может, рук у него нет. Наши грады отрезают не только головы и ноги, но и руки, представляете какая прелесть. Я када это вижу, в моей голове начинает звенеть музыка, как у фюрера. И ишшо одна новость. В Луганске гаманитарная катастрофа, тама нет ни воды, ни света, ни продухтов, ни алкоголя, ни кафа, ни спички. Ничего нет, один патрет Путина у каждого на шее висит. Нам и палить не надо. Осталось ждать. Со мной согласен и ваш родственник Дима Бздикуляк, начальник штаба вооруженных сил. Что прикажете делать дальше, Верховный-

— Ничего. Я доложу Бардаку, он принимает решения. Как только решение будет принято, я тебе тут же отзваниваю. Понял-

— Так точно.

— Мне не надо: так точно, это москальское выражение, смотри, чтоб тебя не услышал Пипиярош, он те голову отрежет и будет прав.

— Тильки так, верховный, средний, нижний, окружной Пердусе-Хальцманиске- Пердилке.

— Ладно, жди.

Едва президент повесил трубку, как в кабинет без согласования ворвался министр иностранных дел Малыш.

— Пане!

— Да не пан я, сколько можно- Я господин всея Украины. Давай, чеши.

— Лавров обратился…

— Кто такой Лавров-

— Министр иностранных дел России. Он просит разрешить доставить гуманитарные грузы в Луганск. Мы могли бы завезти эти грузы в Харьков к Кернесу и там оставить. А позже раздать нашим ребятам.

— Ты доложил вовремя. Дело в том, что я должен сообщить об этом Бардаку. Все, малыш, а то мне звонить. Сейчас в Белом доме утро, он уже на месте, пройдет процедуры, массажи, примочки и сядет у аппарата. Я уже сейчас начну названивать, чтоб забить очередь.

— Хэлоу, хэлоу, моя сегодня процедура не делать, на спина вскочил фурункул, — сказал президент. — Это Путин наслал. Мстит он мне. Я тебя слушал.

Но Пердуске тут же перешел на английский язык. Он подробно рассказал о гуманитарной катастрофе в Луганске и о том, что русские собирают триста фур с гуманитарной помощью и просят, умоляют на коленях пропустить эти грузы через украинскую границу.

— В этот фура Путин везет оружие и террористов. Ты давай согласие, все оформи, а потом, когда фура прибудет на граница, откажись. Я дам указаний Псаки Суки, чтоб она разоблачила Путин. Наши газеты и телевидение Америки и Европы, моя приказать Европе, пусть все газеты напишут: Путин везет оружие на Украина под видом гуманитарная помощь. Окей-

— Боже, до чего же вы умны и порядочны, господин Бардак, отец всей Америки и всего Евросоюза и конечно же Украины. Чтобы мы без вас делали- Ну что бы мы без вас делали- Примите нас к себе, мы будем за вас голосовать на третий срок, четвертый и пятые сроки. Это 40 мульонов человек, господин Бардак.

— Ти делать, делать, исполнять указаний Америка, а примать тебя в очередной штат потом, потом, — сказал Бардак и отключился.

Хальцман тут же собрал всех евреев на совет безопасности и Обороны. Он озвучил рекомендации Бардака и сказал, что эти указания не подлежат обсуждению. Надо выработать срочное соглашение с Россией.