Под конец своей короткой речи девочка покосилась на учительницу.

– Вы правы, мисс, – согласилась та. – У ребят еще будет шанс не на словах, а на деле узнать вас. Можете садиться.

– Спасибо, – за внешним спокойствием скрывалось страшное волнение.

Устроившись на своем месте, Эмили достала лист, перо и чернила.

– Не обращай внимания на Берту и Беллу. – Никодемас приготовился писать. – Те еще занозы.

– Поздно, – саркастически бросила она, поймав на себе неприятный взгляд кудрявой красавицы. – Что я им сделала?

– Не ты, – отмахнулся друг. – Им весь мир что-то сделал. Потом объясню.

Тем временем мадам Нанс откашлялась и призвала класс к порядку:

– На следующей неделе мистер Бредс выходит на пенсию, – сообщила она. – По этому случаю завтра после уроков в актовом зале состоится торжественное прощание. Явка обязательна.

– Давно пора, – шепотом заметил Никодемас.

– Его место займет новый учитель – я пока не знаю, кто, – но постарайтесь произвести хорошее впечатление, – продолжала старушка. – Должна вас поздравить: этот год начался более успешно, чем предыдущий. Успеваемость, прямо скажем, недурна, желаю вам сохранить, закрепить и преумножить результат. Я очень хочу вами гордиться! Теперь о менее приятном...

Мадам Нанс пристроила на носу очки:

– Индекстрэ. – Большая книга в красном переплете плавно проплыла по воздуху точно в руки пожилой женщине. – Раз вы никак не разберетесь с графиками дежурств по классу, я приняла решение. «Эстафету чистоты» начнем с первой парты первого ряда, следующими дежурят сидящие за второй партой, и так далее. Возражения не принимаются.

Белобрысый тощий мальчик поднял руку.

– Имейте терпение, – учительница посмотрела на него поверх очков. – Вне очереди будут дежурить те, на кого поступит хоть одна жалоба. На сегодня таких трое: мисс Бонни (систематическое невыполнение домашней работы по Начертательной Символогии), мистер Стивенс (недостойное поведение на уроке Вивидологии) и мистер Рафли (скандал в библиотеке и неудачные алхимические эксперименты).

Девочка в свитере наизнанку залилась слезами, но никто не обратил внимания.

– Донесла... – мрачно протянул Никодемас. – Завтра все на торжественное прощание, а я класс драить.

– Не расстраивайся, я останусь с тобой, – твердо заявила Эмили.

– Это было бы здорово! – кивнул тот.

Время летело незаметно. Мадам Нанс рассказывала о предстоящих праздниках: дне учителя и юбилее школы. Планы этих двух мероприятий казались поистине грандиозными! Могла ли Эмилия представить, что учиться настолько увлекательно? Вредные девчонки с третьей парты сами собой выветрились из головы, так же как и урок, проведенный в медпункте.

– Можете быть свободны, – наконец прозвучала долгожданная реплика милой старушки.

Ребята зашелестели бумагой и защелкали портфелями. Только несчастная Бонни все плакала и плакала.

– Ты куда? – удивился Никодемас.

– Хочу успокоить вон ту девочку. – Эмили кивнула в сторону одиноко сидящей фигурки. – Тебе разве ее не жаль?

– Сама виновата, – коротко бросил друг и насупился. – У нее «дырка в голове». Не ходи, если не хочешь попасть в «клуб неудачников».

– Какой вздор! – Она подхватила портфель.

Никодемас только пожал плечами.

– Здравствуй, меня зовут Эмилия, а тебя?

Заплаканные глаза смотрели испуганно.

– Робин, – гнусаво отозвалась та.

– Очень приятно.

– Правда? – недоверчиво уточнила девочка.

– Чистейшая! – заверила Эмили. – Почему ты плачешь?

– Меня игнорируют или дразнят – и тебя будут, если со мой станешь водиться, – Робин шмыгнула носом.

– Пусть попробуют. – Орин сделался теплым. Успокоившись, заплаканная ученица вытерла рукавом круглое покрасневшее лицо. Складывалось ощущение, что мисс Варлоу – единственное живое существо, обращающее на нее хоть какое-то внимание. Остальные одноклассники проходили мимо с безразличными минами...

– Робин, у тебя свитер наизнанку, – решилась сообщить Эмили. – Может, поэтому ребята смеялись?

– Ой! – бедняжка только что заметила это неприятное обстоятельство. – Спасибо. Можешь звать меня Роби или еще короче... просто Би.

– Тогда я... Эми. – Заводить друзей значительно проще, чем казалось раньше. – До завтра.

– До завтра! – Робин окончательно перестала плакать и улыбнулась.

С чувством выполненного долга Эмилия вернулась к своей последней парте за портфелем. Би производила впечатление девочки умной, хоть и рассеянной. Подумаешь, какой-то свитер! Разве это повод считать человека неудачником?

Просунув руки в ремни, она направилась к выходу. Тут кто-то ощутимо толкнул Эмилию в бок.

– Кто водится с дурочками и рохлями – сам такой, – заносчиво бросила та самая кудрявая вредина.

– ...сам такой, – эхом повторила ее подруга.

Показывать двум злюкам язык было как-то несолидно, что ли... Самым разумным показалось просто их не заметить.

– Дождалась? – Никодемас подпирал плечом стенку. – Теперь не отстанут.

– Ты что, их боишься? – Эмили подняла бровь.

– Берта Прейвери – дочь директрисы! Ей все можно, – ядовито бросил тот.