В небольшой приемной никого не было. Дверь с блестящей табличкой, одинокое растение в глиняной кадке... Женщина настойчиво постучала и потянула за ручку.

– Кто здесь? – Грузная дама подняла голову, и все ее омерзительные подбородки заколыхались.

– Вас должны были предупредить, – Дайна плотно закрыла за собой дверь.

Она довольно улыбалась собственным мыслям. День начал удаваться, когда с легким «фр-р-р» с соседнего аккуратно подстриженного кустика слетел воробей.

– Вернулся, чтоб согласиться со мной? – съязвила мисс Уиквилд.

– Нет, – отрывисто сообщил тот, приземляясь на ладонь. – Два слова... Руф Тангл.

– Что опять? – она невольно нахмурилась.

– Проблемы. – Крошечная птичка чихнула, едва не свалившись вниз.

Мисс Уиквилд ускорила шаг. Новый «дом» очень кстати располагался точно напротив школьных ворот.

– Рэклюдо! – скомандовала она замку, чтоб не возиться с ключами.

Щелчок и тихий скрип. Женщина юркнула в ближайшую комнату, а через мгновенье, спохватившись, выкинула оттуда воробья-Найджела. Дайна собиралась с астрономической скоростью. Зная Руфуса, можно было предположить все что угодно. Стервец водил с ней дружбу в студенческие годы и пользовался этим по поводу и без.

Обычно мистер Борджес начинал ворчать, когда речь заходила о «Баламуте Тангле». Но если он сам передал от Руфа весточку, значит, дела и впрямь плохи.

– Что именно случилось? – прямо спросила Дайна.

– Выследили кустарей-чудоделов. – Найджел в человеческом облике выглядел привычней. – Долго маялись, а обезвредить не могут. Те окопались и обороняются. Знакомец твой ни себя, ни своих людей подставлять не хочет.

– Отправляй меня.

Борджес только этого и ждал. Он коротко кивнул. Тотчас же мир вспыхнул и исчез, но прежде, чем мисс Уиквилд смог ла бы осознать это, новая вспышка вернула к реальности.

...Под ногами битая черепица, искореженные окна второго этажа скалятся осколками заляпанного стекла. Легкое «пуф-ф» – и едва уловимое теплое дуновение... Дайна отскочила в сторону – как раз вовремя, чтоб шар огня величиной с мужской кулак пролетел мимо и врезался в противоположную стену. На некогда выбеленной поверхности остался здоровенный ожог и вмятина.

– С прибытием! – В проходе между комнатами, лишенном дверей, возвышалась стройная фигура в точно такой же, как у мисс Уиквилд, форменной одежде. – У нас жарят-с.

«Пуф-ф... пуф-ф... пуф-ф» – следующий удар сотряс покалеченное здание с невероятной силой. Где-то внизу закричали. Руфус кошкой перелетел простреливаемый участок и опустился у ног женщины.

– Выручай, – попросил он. – Сволочи там крепко засели. По нашим данным, их должно было быть меньше.

– Чем вооружены? – коротко осведомилась Дайна.

– У них арсенал. – Руф тряхнул светло-каштановыми волосами, смахивая Маску. – Готовая партия ВП...

– Шар огня, – закончила женщина, прикрывая голову, потому что с потолка посыпалась штукатурка.

– На сорок зарядов, – с нескрываемой завистью отозвался Баламут.

Мисс Уиквилд никак не могла понять, зачем тот всегда при случае открывает лицо... Да, Руф недурен собой, только любоваться им некому, а подобная опрометчивость может стоить Танцору слишком дорого.

– От меня конкретно что требуется?

Она уже знала ответ.

– Остановка времени – минут на пять – во всем доме, – сообщил Руфус, кивая на пустые окна напротив. – Нам больше не надо.

– Хорошо. – Чего отнекиваться, раз примчалась.

Руф ловко поклонился (успев вернуть на место защитный покров) и побежал через уничтоженную галерею к лестничному пролету. Дом будто лихорадило! Дайна видела, как черная мантия плясала в плену серых от копоти стен и рыжих языков пламени. Прыжок – и фигура скрылась.

А еще через несколько минут раздался звонкий развеселый свист – старый сигнал...

«Аркан: Полная Остановка Времени» – страшная вещь. Она ощущала, как ледяной холод разливается по венам. Явственно представлялись песочные часы: стеклянный сосуд в золотой оправе, солнечные зайчики-песчинки перетекают медленнее... медленнее... пока вдруг светящаяся струйка не замирает совсем.

Мисс Уиквилд открыла глаза и подплыла к окну. Воздух сделался вязким. Трудно было догадаться, что именно происходит через дорогу, но тишина заполняла собой уши и горло. Казалось, если простоять так час, уже никогда не заговоришь вновь

Песочные часы опять возникли в сознании... «Пора», – подумала Дайна, и в лицо ей пахнуло нестерпимым жаром. Это Время брало свое: каждая крошечная песчинка оставляла горячий след.

Женщина рассеянно побрела к лестнице. В голове звенело, а во рту стоял привкус крови. Может, она действительно непригодна для такой работы?