– Сейчас узнаешь, – опасливо оглянулся назад Рябой и развил с места такую скорость, что буквально потряс Шнобеля своей расторопностью.

– Химик, – заорал Соломон, оборачиваясь к товарищу, вышедшему на крыльцо «комендатуры», – где твоя труба?

Вальтер скрылся в срубе, а Шнобель поспешно взбежал по ступенькам, чтобы с возвышения полюбоваться открывающимся видом. С крыльца вход в пещеру был как на ладони. Соломон, обладавший острым зрением, даже увидел человека, стоявшего в проеме, но не сумел его опознать. Шварц со своей астрономической оптикой появился рядом с Коганом как нельзя кстати.

– Это Буров, – сказал Вальтер дрогнувшим голосом.

– Дай сюда, – отобрал у него оптический прибор Шнобель.

Сомнений у него не осталось. Идиотов и паникеров обстреляли Везунчик с Десантником. Первый в который уже раз оправдал свое прозвище, выскользнув из зубов тиранозавра. А Соломону тогда показалось, что он слышит по рации хруст человеческих костей. К сожалению, это были всего лишь помехи в эфире. У Десантника в руках действительно был гранатомет, предназначенный прожигать броню тяжелых танков. Так что взорвать «комендатуру» со всем содержимым ему не составило бы труда.

– А почему интересно он медлит? – нервно поежился Шнобель.

– Дети, – негромко подсказал Химик.

– Ты обезьянышей имеешь в виду? – переспросил потрясенный Соломон.

– Десантник не выстрелит пока они здесь, идиот, – взвизгнул Вальтер. – Буров ему не позволит.

– Больная совесть, – догадался Соломон. – Вот повезло, так повезло. Иначе мы все бы уже гоняли чаи в аду. Пойду порадую наших командиров. А ты за детишками смотри, Химик, не дай бог они вздумают сменить диспозицию.

Шнобель не отказал себе в удовольствии позлорадствовать над побледневшими Снайпером и Громилой. Отцы-командиры мигом сорвались с лавки и, схватив карабины, ринулись к окнам. Паникеры еще почище Рябого. Впрочем, умирать одинаково не хотят как глупцы, так и умные люди. Соломон присел к столу и налил себе душистого напитка из котелка.

– А сахару у нас разве нет? – спросил он у товарищей.

– Ты что, умом рехнулся?! – вскипел у окна Громила.

– Не туда смотришь, Базиль, – проигнорировал обидную реплику Соломон. – Видишь, там карапузы играют в песочек. Взрыв превратит этих ангелочков в прах. Теперь понял, почему я спокойно пью чай на виду у неприятеля?

– Сукин сын, – усмехнулся Снайпер, отходя от окна. – Но умный.

– Наверняка они поднялись в пещеру по отвесной скале, – продолжал спокойно Соломон. – Но сделать это могут только очень сильные и очень тренированные люди. Такие как Буров и Десантник. Другим бы я испытывать судьбу не советовал. Эти двое крепышей повязали наших часовых и освободили пленных. Твоя ошибка, Базиль. Агронома следовало держать здесь, в качестве страховки. К счастью, у нас нашлась защита. Я уже приказал Клещу выгнать всех обезьянышей на свежий воздух и рассадить вокруг поселка. Больная совесть Бурова станет гарантией нашей безопасности.

– Он бредит! – воззвал к Снайперу Громила. – Полеводы сметут одним выстрелом и нас и ваших выродков.

– Я попрошу выбирать выражения! – повысил голос Шнобель. – Лично я горжусь своим отпрыском, который, не достигнув еще и двух годков спас жизнь своему отцу, а заодно и глупому дяде, мешающему умным людям пить чай.

– Хватить тебе ерничать, – осудил товарища Снайпер и, обернувшись к Громиле, добавил: – Ты присаживайся к столу, Майкл, не маячь у окна. Я не исключаю, что у них кроме гранатомета найдется и снайперская винтовка для тебя.

– Ты что, так и собираешься здесь сидеть до приезда Хромого? – нахмурился адъютант генералиссимуса.

– Я жду Бурова, – спокойно пояснил Лавальер. – Он объявится с минуты на минуту, и мы с ним договоримся.

– Какое самомнение, однако, – насмешливо покачал головой Громила.

– Я просто хорошо знаю людей, с которыми много лет хлебал баланду. Наверное, Буров и Десантник отправили бы нас троих на тот свет бестрепетной рукой, благо есть за что, но наших людей они убивать не хотят.

– Почему?

– Жалеют, – пожал плечами Шнобель. – Все же наши трапперы посимпатичнее твоих аборигенов. У Бурова и Десантника наверняка была возможность, убедиться в этом собственными глазами.

– Посмотрим, что скажет на это Хромой?

– Я обещал Тимуру лесопилку, и он ее получит. Кроме того, я подарю ему три ладьи, двести зарядов динамита, тысячу патронов и двадцать карабинов, – сухо отозвался Лавальер. – Если этого мало, то пусть поищет более состоятельного союзника.

– Запасов продовольствия нам хватит, по меньшей мере, на тридцать дней, – дополнил Снайпера Соломон. – Конечно, придется обездолить наших самочек и обезьянышей, но чего не сделаешь ради верных друзей.