— С каким это?! — возмущенно выкрикнул Фэш. — Тебе мало, что я должен подписать этот дурацкий договор?!

Лицо Астрагора в один миг окаменело.

Он резко встал, нависнув над Фэшем грозной и хищной тенью.

— Ты предал меня, мой ученик, но все еще жив, — жестко произнес он. — Твои друзья все еще живы. Ты видишь, я предельно добр с тобой. Но время игры в любимого ученика закончилось. Ты сильно задолжал мне, Фэшиар Диаман Драгоций. Поэтому ты действительно пригласишь ВСЕХ. Кого хочешь… И тех, кого желаю видеть я, ты тоже пригласишь — но от своего имени. И лишь тогда никто из твоих друзей действительно не пострадает. Думаю, это будет грандиозный праздник.

Когда Фэш вошел в Часовую залу, ужин почти закончился — на столы как раз выставили чайники с чашками и десерт — яблочный пирог с корицей и миндальными хлопьями, фирменный рецепт Жан-Жака. Правда, Фэшу есть не хотелось, после долгой беседы с Астрагором совершенно пропал аппетит.

Мальчик нашел глазами Василису и Захарру, улыбнулся им, заметив, что они на него смотрят, и, приняв равнодушно-веселый вид, направился в их сторону.

— Ну что, как поговорили? — первой набросилась на брата Захарра. — Он тебя не накажет? Садись, видишь, возле нас полно свободного места, — с горечью сказала она, послав ученикам, наблюдавшим за ними с других столиков, самый презрительный из своих взглядов.

Фэш сел рядом с Василисой, избегая смотреть и на нее, и на Захарру.

— Гляньте, какой дамский угодник! — обронил кто-то со стороны.

Грянул дружный смех.

— Не обращай на них внимания, — тут же встрепенулась Захарра. — Вот гады!

Фэш закатил глаза к потолку:

— И когда это я обращал? К тому же я уверен, что половина мечтает оказаться на моем месте, — добавил он с улыбкой. И вдруг зачем-то уточнил: — В смысле, что рядом с вами не прочь посидеть каждый из них.

Василиса сразу подметила, что Фэш, хоть и говорит преувеличенно бодро, очень сильно расстроен, даже подавлен. Но, конечно, как всегда, не подает виду. И что там наговорил ему Астрагор?

Девочка была взволнована, потому что они не виделись с их приезда в Змиулан. Только и смогли обменяться коротким взглядом, как их сразу же развели в разные стороны. Поэтому она очень обрадовалась, когда после обычного урока с Роком тот объявил, что сегодня состоится общий ужин. А потом пришла Захарра и рассказала, что Фэша вызвали к Астрагору…

— Как ни странно, братец, но ты прав, — вдруг весело фыркнула Захарра. — На свое пятнадцатилетие я получила пять любовных признаний. Уверена, что и Василису закидали бы амурными письмами, не страшись они все нашего дорогого дядю… Да и Рок быстро бы отбил охоту ухаживать за личной гостьей великого Духа Осталы… Да, Фэш?

Тот промычал что-то нечленораздельное, ухватив ломоть пирога с блюда. Василиса воспользовалась паузой, чтобы спросить:

— Захарра, а когда же твой день рождения?

— Был третьего мая, — улыбнулась та. — Я никому не сказала, ведь в то время нам всем было не до веселья… Помнишь, мы с Фэшем приехали к вам в Черновод на именины Норта и Дейлы?

— Угу, — расстроенно отозвалась Василиса. Ей было немного стыдно, что она даже не удосужилась узнать у подруги день ее рождения. — А что тебе подарили на пятнадцатилетие? — с любопытством спросила она. — Проводили такой же пафосный обряд, как у Фэша?

— И совсем не пафосный, — бросил косой взгляд тот. — Обычная часовая традиция.

— Да где там! — беспечно махнула рукой Захарра. — Подарков почти не было. Ну, Фэш подарил краски… Наверное, хочет, чтобы я побольше рисовала. — Она показала брату язык.

— Лучше расскажи, что ты сама себе прислала из будущего, — ухмыльнулся тот.

— О, ты получила подарок от себя? — оживилась Василиса. Получить презент от себя из будущего всегда считалось для часовщика очень хорошим знаком, да и служило гарантией того, что человек уж точно доживет до совершеннолетия.

— Ага, получила, — поморщилась Захарра. — Рисуночек… Чернолют во всей красе, представляешь? Одно радует — это точно моя работа, причем довольно сносная.

— Ага, рисуночек, — хохотнул Фэш. — Здоровенная картина в золотой раме — еле подняли вдвоем с Рэтом. Не удивлюсь, если Захарра вначале нарисовала этот шедевр для Черной Королевы, а затем передумала, решив подарить себе, маленькой: смотри, мол, как я умею! Ты бы видела, как она скакала по залу, когда перед зеркалом объявился этот огромный сверток.

Захарра быстро выпростала руку, дав брату ловкий щелчок по лбу, и даже успела увернуться от ответного.

— Тебе просто завидно, — обиженно произнесла она. — Ты же ничего не получи… Ой, извини.