Они обсудили почасовую оплату, которая оказалась больше, чем ожидала Сара.

– Мне скоро предстоит сделать два доклада, – сообщил ей Мильтон. – Один доклад – чтобы достать денег – представителям группы предприятий, производящих алюминий. Второй – чтобы простимулировать работу лиц, консультирующих студентов. Может быть, вы смогли бы помочь мне написать эти доклады?

– Это должно быть интересно.

Сара встала. Ей хотелось побыстрее уйти. Она опустила сумку. Свободной рукой поправила юбку.

– Вам приходилось писать доклады?

Мильтон опять смотрел на ее ноги. Он что, нарочно так явно ее рассматривает? Или думает, что она ничего не видит?

– Н-нет... В Нью-Йорке мне приходилось писать главным образом письма. В основном отказы.

Он кивнул.

– Ну хорошо. Я рад, что нашел вас, Сара. Вы можете начать работу завтра утром? В девять?

– Тогда до завтра. Спасибо, Мильтон.

Она отвернулась, но потом быстро обернулась к нему и посмотрела на предмет, который он держал в своих огромных руках. На металлическую пирамиду. Он так смял ее, что бедная пирамида стала почти плоской.

Мильтон проследил за ее взглядом, посмотрел на пирамиду.

– Ох! Извините!

На его лице появилась странная виноватая улыбка.

– Иногда я забываю о собственной силе.

Выйдя из административного здания, Сара наткнулась на Лайама.

– О! Привет! – сказали они разом.

И оба рассмеялись.

Его плащ был расстегнут. Под ним были черный свитер с большим воротником и черные слаксы. В карих глазах мужчины сияли отблески заката.

– Мы должны прекратить встречаться подобным образом, – пошутил он.

«Мне нравится его улыбка», – подумала она.

– Я только... – начала Сара, кивнув головой на дверь.

– Это судьба. Я думаю, это судьба – то, что мы продолжаем с вами встречаться, – прервал ее Лайам.

Улыбка его угасла.

– Вы верите в судьбу, Сара?

Его серьезность застала ее врасплох.

– Я... я не знаю.

«Дурацкий ответ», – выбранила себя девушка, чувствуя, что краснеет. – Неужели я не могу придумать что-нибудь поинтереснее?"

Он, казалось, не обратил на это внимание.

– А я верю в судьбу, – усмехнулся Лайам. – И полагаюсь на нее во всем.

Девушка удивленно посмотрела на него.

– Во всем?

Лайам кивнул. Казалось, он не шутит. Мужчина сунул под мышку свой дипломат и протянул Саре руку.

Его рука была теплой, ее – холодной. Он посмотрел на ее ладонь.

– Хорошая линия жизни.

Сара не смогла удержаться от смеха.

– Вы, кажется, действительно, во все верите!

Выражение его лица не изменилось. Он посмотрел ей в глаза, не отпуская руки.

– У вас чудесный смех.

Лайам смотрел на нее не отрываясь.

Сара отвернулась, чувствуя, как забилось ее сердце.

Он снова посмотрел на ее руку.

– Я пытаюсь понять, нет ли особой причины тому, что мы продолжаем встречаться.

Он сказал это шутя.

– Иногда на ладони две линии пересекаются и...

– Вы меня щекочете!

Сара отняла руку.

Лайам извинился. Он откинул назад густые темные волосы, не отрывая взгляда от девушки.

– Вы не хотите выпить кофе или чего-нибудь еще?

«Я ему действительно нравлюсь, – решила Сара. – Он не просто флиртует».

Ну конечно, он флиртует.

Она снова выбранила себя. Не придавай этому слишком большое значение. Не воображай бог знает чего только из-за того, что он пригласил тебя выпить кофе.

– Да, я с удовольствием... – начала она.

Но тут на Лайама налетели двое молодых людей – мужчина и женщина. Они принялись взволнованно что-то говорить ему о собрании на факультете лингвистики. Сара поняла, что Лайам должен был там присутствовать и что его разыскивают.

Лайам повернулся к Саре и беспомощно пожал плечами.

– Я очень прошу вас меня извинить. Я, кажется, заставил себя ждать. Может быть, в другой раз?

– Да! Конечно! – ответила Сара с излишним энтузиазмом.

Она почувствовала, что ее щеки снова горят.

Коллеги потащили Лайама прочь. Девушка смотрела им вслед. Он обернулся и снова пожал плечами. Потом позволил коллегам «отбуксировать» его на факультет лингвистики.

«Это судьба», – подумала Сара.

Она не часто использовала это слово. Но сейчас она снова и снова повторяла его, как молитву.