— Я принимаю ваши извинения, господа, — наконец-то заявил Гаронир. — Давайте подумаем над тем, как не допустить подобной ситуации в будущем. Илайниур пойдет на все, чтобы вновь стравить нас между собой. У меня, как вы хорошо знаете, есть два холостых сына, а вы отцы двух прелестных дочерей. Между домами Ромашки, Плюща и Чертополоха пролилась кровь, кровь должна возмещать кровь, если парни и девушки не будут против, то почему бы и нет.

— Это справедливо, и моя дочь наверняка не будет долго противиться моей воле, — улыбнулся главный чертополох. — Она и раньше встречалась с Гаронаром и думала, что я об этом не знаю. Потом они поссорились из-за пустяка, но думаю, что я смогу уговорить ее.

— А с моей дочерью возможны серьезные осложнения, — задумался плющ. — Она не слушается меня, и ничего с этим сделать я не могу. Если я говорю «да», то она обязательно скажет «нет», а если я говорю «нет», то моя дочь обязательно скажет «да».

— Не будет никаких осложнений, — покачал головой Гаронир. — Фариза уже сбежала из твоего домена вместе с моим Гаронаром, и сейчас они находятся в моем дворце.

— А вы скажите ей «нет» — и она обязательно в пику вам выйдет замуж за Гаронара, — посоветовал я несчастному, ошеломленному этим срочным известием плющику.

— Специально она это сделала, специально, как только узнала причину появления у меня в гостях твоего сына, Гаронир, все, мое терпение закончилось. Я…

Я не стал слушать дальше причитаний плющика. Зачем — и так все ясно. Матвей не прав, я не катализатор, я — суперсваха, даже когда я молчу и ничего и никому не предлагаю. Да у меня даже в мыслях этого не было! Ну что, можно поставить себе в дневник очередную пятерку. На ровном месте образовался мощнейший союз в лице трех длинноухих князей. Один слишком верный, это я о ромашке, другой слишком благородный, это я о чертополохе, а третий слишком ценит чистую эльфийскую кровь. Добавляем сюда еще и дедов Кенары. Замечательно, все они отлично дополняют друг друга, а я здесь ни при чем, совсем здесь ни при чем, я только зря полночи провел в кабинете Кратона, изучая все его данные по текущей обстановке в регионе и домыслы агентов полковника о ключевых фигурах совета ушастых князей. Информация — это все. Бывает. Ну, доктор Менгеле, жди моего визита, но сначала я загляну в гости к тюльпанам. Ты должен, ты обязан попытаться там меня убить, и вот только тогда я начну свои активные телодвижения. Меня попытались исполнить, какой ужас, какой кошмар, и теперь я имею полное право на месть, я потрогал висящий на своей груди переделанный с помощью Лага Чудака амулет. Чего там мне говорил Фарин — что какой яд меня точно прикончит? Я ведь однажды баловался высшей магией у границы одного Закрытого лесочка. Как же мне хорошо чувствовать себя не бездельником. Надо работать, работать и еще раз работать, как завещал великий, кстати, кто? Не помню и не хочу вспоминать. Кстати, господа, вы уже обо всем договорились, и так быстро? Брак по расчету, как я это понимаю, совсем недавно со мной тоже так поступили. А это тут кто такой красивый и красивая появились?

— Творец, и что у меня за дочь?! — в очередной раз тихо простонал главный плющ, глядя на вошедшую ушастую парочку.

— Отец, я люблю Гаронара, я полюбила его с первого взгляда и выхожу за него замуж, — поставила перед фактом своего папашу одна симпатичная ушастая девушка. — Твоего согласия на это мне не нужно. А если ты попытаешься его убить, то я тебя прокляну и стану, как Саиана, ауновкой. Мама мне уже дала свое благословение, ты хочешь меня благословить или нет?

— Вся в мать, Творец, почему ты такое позволяешь? — прошептал плющ. — А мы как раз обсуждали дату твоей свадьбы с Гаронаром, доченька, — совершенно счастливо улыбнулся своей дочери отец ушастой хулиганки. — А зачем еще я, по-твоему, здесь появился бы? К первому снегу все будет организовано. И даже Далв Шутник будет присутствовать на этом событии. Вы ведь будете присутствовать? — решил придавить меня взглядом главный плющ. — Моя дочь ваша поклонница.

— Буду, если меня не убьют к тому времени, — сознался я. — Есть некоторые вопросы, которые в начале осени я должен решить. Темные и твари, судьба у меня такая.

— Шутник! — Девушка посмотрела на меня заблестевшими глазами. — Вы тот самый знаменитый Шутник, вы муж спасенной, а потом предательски убитой эльфами-мечами Кенары, а вы знаете, сколько раз я требовала от менестрелей отца петь балладу о дружбе? Я выучила ее назубок. Гаронар, мне нужна лютня.

— Творец, если ты это не остановишь, — вновь начал что-то бормотать себе под нос чрезвычайно чем-то довольный отец симпатичной девчонки, — то я стану поклонником Проклятого. Она же ее поет каждый день несколько раз. Фариза, я тебя прошу, у тебя чудесный голос, но эту балладу я слушать уже не могу!

— Опять ты мне начнешь рассказывать о чистоте крови эльфов? — поинтересовалась девчонка. — О том, что ради любимой женщины мужчина не может уничтожить Восточный замок Крия Баросского? О том, что, мстя за любимую жену, он не может разгромить Дом Мечей? Так что ты мне хочешь сказать? — поинтересовалась ушастая девчонка у своего замолчавшего отца.

Все, мне пора отсюда убираться как можно быстрее. Моя информационная бомба оказалась гораздо большей мощности, чем я себе представлял. Тюльпаны, я иду к вам. Но прямо сейчас я не могу отсюда исчезнуть, это будет не совсем прилично. Бедный отец, я посмотрел на ушастика-наци. Вполне понимаю твои чувства. Все дети страдают в юности нигилизмом, а некоторые, как твоя дочь, не прекращают этого делать никогда. Я мысленно рассмеялся и представил себе картину Репина: «Любимая дочка нациста решила в очередной раз заказать оркестр и исполнить в присутствии отца „Интернационал“». Сочувствую тебе, плющик, а голос у девчонки действительно красивый.

— Творец, за что? — неизвестно у кого решил поинтересоваться один совсем счастливый ушастик.

А Фариза специально еще раз решила позлить своего отца, а не только исполнить мне балладу о дружбе. Два дела в одном — ну она и язва! Красотка, ты великолепна, но если бы у меня была такая дочь, то я бы придушил ее еще в колыбели.

— Странно, Ровер, Ругино, мы уже почти подъехали к границе домена тюльпанов, а нас еще никто ни разу не попытался убить.

— Так ты сам говорил, что тебя отравят, — заметил Ругино. — Попытаются отравить.

— Да, говорил, но доктор Менгеле наверняка слетел с резьбы после моего вдумчивого разговора с его сыном. Я беспокоюсь за его адекватность. Понимаете, парни, поступки разумного можно предугадать и предвидеть, можно их рассчитать, а вот если клиент сошел с ума от ярости и ненависти ко мне, то ситуация становится опасной. Она становится непредсказуемой.

— Влад, вечно ты все усложняешь, — заявил мне бегущий рядом с Чернышом Ровер. — Все просто, он даже не думал, что ты осмелишься появиться на Ритуме после того, как ты убил его заряженного артефактами сына.