Молодые бандиты подхватили кейсы и скрылись в ближайшем лесочке.

Гена не случайно нагрузил напарника двумя кейсами: у Сёмы тоже имелась кобура с заряженным пистолетом. Теперь обе руки у напарника были заняты, а значит, быстро выхватить пистолет он не мог. Штруп прекрасно знал старую истину: когда имеешь дело с большими деньгами, нельзя доверять никому.

Сам он нёс один портфель. Его свободная рука постоянно находилась в кармане куртки, куда он положил свой "кольт".

Молодчики вышли из леса, пересекли поле, наткнулись на разбитую грунтовую дорогу и зашагали по ней, стремясь уйти как можно дальше от места катастрофы.

Всходило солнце, рассеивался утренний туман. Гена запарился в куртке.

Баксы и рыжьё поделим пополам, - сказал он.

Чувствую, тут немало, - отозвался Сёма.
– Нам повезло. Правда, Клима жалко.

Что делать, в нашем деле приходится быть готовыми к потерям, - философски заметил Штруп.

Дорога впереди терялась среди полей. Через четверть часа их начал догонять запылённый "жигулёнок". Штруп жестом попросил остановиться. Машина, поравнявшись с ними, затормозила. В ней сидели двое мужчин, судя по виду - деревенские.

Тот, что помоложе, открыл дверцу.

Нам, вообще-то, в Москву надо, - приветливо улыбаясь, заговорил Гена.
– Не подбросите? Мы заплатим. Ну, хоть в райцентр какой-нибудь, откуда можно до Москвы добраться... Всё равно куда, не тащиться же по этой пыли...

Мужчины согласились довезти их до Сергиева Посада. Сёма с портфелями уселся на заднее сиденье. Прежде чем залезть в машину, Штруп огляделся. Вокруг никого не было.

Он сел рядом с Сёмой, достал пистолет.

Вот что, мужики, ни звука, - сказал он с угрозой.
– Чуть рыпнетесь - буду стрелять.

Ты чё...
– начал было тот, что моложе

Штруп резко ударил его стволом по голове. Застонав, тот завалился набок.

Его товарищ поднял вверх дрожащие руки.

Хватай парня и вытаскивай из машины, - велел ему бандит.

Тот поспешил выполнить приказ.

Тащи его вон в те кусты, - скомандовал Штруп.

Он тоже вылез из машины и обернулся к Сёме.

Пошли, - сказал он коротко.
– Мы теперь повязаны кровью и всё должны делать вместе.

Они двинулись за мужчиной, который тащил своего товарища. Тот был ещё жив, поматывал головой, стонал и силился открыть глаза.

Когда вошли в заросли, Гена выстрелил. Но не в мужчину, а в Сёму. Тот, падая, оглянулся на него. На лице напарника читалась ненависть. Гена подумал, что если бы он сейчас его не прикончил, то Сёма прикончил бы его. Может, немного позже, но прикончил.

Сёма рухнул и остался лежать, хрипло, со свистом, дыша.

Мужчина вдруг взвизгнул и, нелепо размахивая руками, бросился бежать. Гена выстрелил ему вслед. Тот упал.

Убийца выдержал паузу. Огляделся, вслушался в звуки ясного летнего утра. Вовсю свиристели кузнечики, где-то в небе пели птицы. Не торопясь он подошёл к мужчине, так и не успевшему убежать, и выстрелил ему в голову. Затем вернулся к кустарникам и следующим выстрелом прикончил его товарища.

Сёма был ещё жив и дёргался в агонии. Он силился что-то сказать, но вместо слов с губ слетала кровавая пена.

Штруп поставил ногу ему на голову и надавил.

Вот так бывает в жизни, дружбан, - сказал он с лёгкой усмешкой.
– Тут слишком много бабла, поэтому ты должен загнуться.

Штруп ткнул ствол ему в висок и нажал на крючок. Пистолет сухо щёлкнул. Кончились патроны.

О кей, придётся по-другому, - убийца достал из кармана небольшой нож со сложенным лезвием...

Через пару минут он сидел в машине и катил по дороге, соображая, где он находится. Он обещал Антонине Петровне приехать после завтрака, и намерен был исполнить своё обещание.

В багажнике лежали три кейса, полные долларов и золота. Утро разгоралось, обещая перейти в отличный денёк.

При виде Олега связанный бандит радостно загудел сквозь кляп. Беляев избавил его от скотча.

Ну что, в порядке? Сейчас повезёшь меня обратно в Москву.

Развязанный Витёк ещё какое-то время лежал на сиденье, шевеля руками и ногами.

Всё тело затекло... Думал - если не придёшь, абзац мне, так тут и останусь...

Беляев усмехнулся.

Сказал - приду, значит, приду.

Витёк уселся на сиденье, оглядел своего спутника.

А на тебе новый прикид! Фирменные джинсы, майка... Откуда вещички?

Картавый подарил.

Тот воззрился на него.

Нет, без балды?

Без балды. Мы с ним поговорили, он меня чаем напоил. С пряниками... Ладно, хватит трындеть, давай езжай! Или мне, может, за руль сесть?

Нет, чего уж там, - Витёк включил зажигание.

Беляев смотрел на проплывающие за окнами деревья, поля, столбы, встречные машины и вспоминал события минувшей ночи. Вспоминал главным образом свою драку с блондином. Он воскрешал в памяти все её детали и мысленно скрежетал зубами, понимая, что тот ушёл от него лишь чудом. Блондин был у него в руках - как тогда, на даче Сопилы. Олег мог вогнать в него пулю, ткнуть ножом. Но опять не сошлось, опять всё пошло не так.