— Совсем не обязательно, — пожал плечами агент Света. — К тому же, воевать, или драться вам не придется, однозначно. А свежий воздух для Алана, в его положении, окажется крайне полезен. К тому же я уверен, что он и сам не откажется от выполнения своей миссии. Знает, как много поставлено на карту.

— Вот не понимаю я вас. Вот вроде Свет, а детей отправляете в лапы к вампирам, не дав даже толком поправится.

— То есть, если он был бы здоров, то можно к вампирам отправить? — усмехнулся Айнуто. — Алана никто и ни к чему не принуждает. Он сам, как только сможет подняться с кровати, побежит с вампирами драться!

— У него нет выбора! — горячо возразил я.

— Выбор есть всегда, — отрезал агент света. — Он может отказаться.

— Но роди…

— У меня нет времени спорить с тобой, — не дал мне закончить предложение агент света. — Все, что я тебе должен был сказать, я уже сказал. Отдыхай пока, готовься. Всего доброго.

Айнуто не стал дожидаться от меня пожелания катиться поскорее и подальше. Он развернулся, и походкой уверенного в себе человека, двинулся прочь из медицинского блока. Мне не оставалось ничего, кроме того, как вернутся на место.

Приблизительно через пол часа операция завершилась. Из операционной вышел хирург и обрадовал нас сообщением о том, что жизни Алана больше ничего не угрожает.

… Услышав мои шаги, Алан открыл глаза.

— Привет, — тихо сказал мне он.

— Привет, — радостно ответил я.

Улыбка сама по себе растягивалась на моем лице. Я был чертовски рад, что с другом уже все в порядке. Ну, почти в порядке. Он пошел на поправку и уже мог говорить.

Я подошел к койке и, от избытка чувств, хотел обнять друга, однако не смог. Побоялся задеть один из многочисленных шлангов, подключенных сейчас к беспомощному телу мальчишки. Вместо этого, я сел на стул поде кровати.

— Ну, ты как?

— Да как тебе сказать? — поморщился Алан. — Могло быть и лучше. Но, по крайней мере, я жив.

— А что говорят врачи?

— Говорят, что уже послезавтра я смогу выйти отсюда. Мне и правда становится все лучше. Ты себя даже не представляешь, как мне надоело валяться в койке без движений. В первые дни хоть антибиотики кололи, все не так скучно. Очень рад, что ты меня навестил.

Такая откровенность меня несколько смутила, поэтому я сказал вовсе не то, что хотел:

— Ну, раз врачи так говорят, значит все будет хорошо.

— Ладно, довольно говорить про меня, и так все ясно. Лучше скажи как у тебя дела? С Дереком все в порядке?

— У Алхимика все просто замечательно. Твое руководство действительно предложило ему работу, и он, в спешном порядке, вчера съехал из номера. Час назад связался со мной, и сказал, что его отправили на какую-то планету для учебы. В конце концов уровня его нынешних знаний явно не достаточно.

— Это понятно. Он ведь даже не умеет обращаться с самым обыкновенным компьютером, что уж тут говорить про более сложные приборы. Да и прочих знаний тоже явно не хватает — откуда взяться приличному образованию или научным разработкам в их отсталом мире? Так что, этого следовало ожидать. Сферу тоже забрали?

— Нет, Сфера у меня. Свет хочет, чтобы именно мы с тобой, а никто другой, завершил начатое.

— Откуда ты знаешь?

Пришлось мне вкратце пересказать разговор с агентом Айнуто. Алана вовсе не удивило и не возмутило содержание разговора. Наоборот, он выглядел удовлетворенным.

— Значит, не обманули, — сказал он, дослушав мой короткий рассказ до конца.

— О чем это ты? — удивился я.

— Я же тебе говорил, что мне разрешено искупить грехи моих родителей. Раз они позволяют разобраться со Сферой именно мне, значит договоренность в силе.

— Но тебе, же нельзя будет вставать с кровати!

— Чушь. Раз врачи собираются выписать, значит ходить мне уже можно. А больше мне ничего делать и не придется. Сражаться уж точно!

— Что если вампиры уже захватили тот мир? Времени уже прошло предостаточно. Два дня мы мерзли в снегах, два дня уже провели на Станции, и еще минимум столько же здесь пробудем.

— Ну, ты вот время бы зря не терял, а лучше еще немного про Станцию почитал, — досадливо поморщился Алан.

— Почему?

— Да потому, что время на Станции идет с одинаковой скоростью в других мирах. Словно это константа. То есть, если на Станции проходит день, то и в любом другом мире, проходит тоже ровно один день. При этом, в двух мирах, время между собой будет идти не в одинаковом темпе.

— Не понял.

— На ЗХ-1306, будь эта планета не ладна, проходит день, а в Аллейне целая неделя. Но если мы с тобой находимся на Станции и у нас прошел, скажем, час, то и в тех двух мирах, пройдет ровно час. Хотя, час в мире зимы по-прежнему будет равняться около половине дня в мире Даны.