Последняя дверь по коридору вела в еще один коридор, уходящий вглубь здания, также с кабинетами по сторонам. Идущий впереди Андрей внезапно поднял вверх согнутую в локте руку, сжал ладонь в кулак. Понял, стою, молчу. Точно, вдали по коридору из одного кабинета доносится негромкий скрежет, как по стеклу царапают комком бумаги. Взмах двумя пальцами в стороны - рассредоточились по противоположным стенам, я перехватил "Сайгу" под цевье на сгиб локтя. Так удобнее, можно и выстрелить, и огонька пустить, хотя отдачей ствол и подбрасывает ощутимо. Медленно начали двигать в сторону шума, кабинет с его источником оказался на моей стороне, так что напарнику было поудобнее в него заглянуть.

Оказалось, все эти спецназовские знаки языка глухонемых прекрасно подходят для описания зомби, правда, смешно выходит. Один, мужчина, Никитин справится сам, оружием, я страхую. Кивнул ему в ответ.

Звоном выстрела ударило по ушам, дым от него кисловатым светлым облаком повис в коридоре. Неприятные ощущения, надо будет что-то про глушители или про беруши подумать, а то и оглохнуть можно. Отвык я от шума, кругом тишина постоянно, вот и резкий звук в замкнутом пространстве чуть до сотрясения мозга не довел. Андрей уже вбежал в кабинет, пока я очухался и вытряс звон из головы. У окна, за которым уже было темно, завалившись грудью на стул, лежал труп мужчины, раньше бывшего зомби. Из-под растерзанной дробью рубашки текло по спине. Неприятно, но надо. "Лут". Труп истаял, на полу осталась имевшаяся на убитом одежда. Быстро обшарил карманы - пусто, никаких опознавательных документов, только черный кристалл. Быстро раздавил его, пополняя уровень энергии, и вслед за Никитиным вышел обратно в коридор.

Стало совсем темно, даже попадавшего через открытые двери в кабинетах уличного света уже не хватало, что бы нормально ориентироваться. Пришлось щелкнуть пальцами и сформировать небольшой огонек, воспаривший передо мной. В чем еще его прелесть, кроме освещения - в любой момент можно превратить хоть в факел, хоть в огнемет. Поднял его повыше, чтобы впереди идущему Никитину тень не забивала обзор. Металлическая дверь в торце коридора тоже была открыта, за ней темнел провал лестницы, ведущей вниз.

По знаку Андрея встали с ним по разные стороны дверного проема, он показал пальцем вверх, на огонек, резко раскрыл ладонь и указал ей на лестницу. "Не понял" - я поморщился. Снова такие же жесты... Ага, дошло. Огонек резко сформировался в огненный шар и с легким гулом втянулся вниз по лестничному маршу, разгоняя густую тьму.

Твою ж налево! Я едва успел пригнуться, заметив, как эта тьма еще больше сгустилась и тут же на уровне моей головы в дверной косяк воткнулся большой костяной шип паучьей лапы. Охотник! Выстрел, вспышка, грохот! Блин, точно оглохну. Эта мысль о негативном воздействии громких звуков на состояние здоровья я додумывал уже в перекате вдаль по коридору. Надо мной пронеслась тень - Андрей, растянувшийся в прыжке. Моя молния резанула по глазам, пахнуло жженой шерстью. Вслед за молнией добавил всполох огня, над головой снова прогремел выстрел. Паук упал на пол, длинная лапа со стуком ударила в пол в полуметре от моей ноги, но это уже была посмертная судорога.

Спустя пару минут, когда исчезла белая пелена в глазах и звон в ушах сошел на приемлемый уровень, осознали с напарником всю собственную тупость в пользовании этими условными обозначениями и перешли на общение в чате.

– Давай еще огонька на лестницу.

Кристалл Охотника восстановил потраченную на него энергию, коготь кинули в рюкзак. Сделал файербол помедленнее и поярче, заставил спускаться по спирали, освещая все пространство марша, уходившего вниз на пару этажей, а также стены и потолок. Больше сюрпризов не было. Стали спускаться, Андрей прикрыл за нами дверь, поставил на ручку стреляные гильзы. Ну да, сигнализация.

– Не мало?

– Нет, покатятся по ступеням, услышим. Тут недалеко.

В самом низу лестницы небольшая площадка, перешедшая за углом в широкое помещение, использовавшееся для чистки оружия. Висящие на стенах резиновые пулеуловители, плакаты с правилами и ТТХ, треноги для упора стволов при разряжании - стандарт, мечта оружейника. Как, впрочем, и дверь в саму оружейку: массивная, с заходящим за косяки полотном, квадратным окном посередине, внутренними петлями. Ну что ж, для этого я ждал почти сутки полного накопления энергии, именно для борьбы с этим чудом инженерного искусства.

Только собрался, даже ладонями потер друг о друга, как Андрей остановил меня:

– Подожди, Стас. Ты можешь увидеть, что там внутри, в оружейке, а то может зря ломать все тут будем, вынесли все оттуда при эвакуации?

Толково. Я и сам уже забыл про "Проникающий взор", хорошо, напарник из моих рассказов запомнил. Приложив руки в форме бинокля к глазам, я уперся в стену. Заклинание сработало: сквозь кирпичную стену я увидел длинный ряд закрытых металлических сейфов. А вот сами эти сейфы мне свои внутренности не показывали. Жаль.

– Сейфы стоят. Порядок в КХО, только в них ничего не видно. Надо ломать.

– Ну... давай.

На разогрев полотна огненной дугой двери ушло почти три минуты и семь тысяч энергии, пока металл не заалел и искорки окалины не стали сыпаться на пол. Удар кулака смял внутренний замок, как пластилин. Непередаваемые ощущения, скажу я вам, когда голыми пальцами выдираешь из раскаленного металла багровый замок, а чувствуешь при этом лишь небольшое тепло. Взлом второго замка доставил не меньшее удовольствие, после чего дверь удалось оттянуть и перед нами предстала еще одна, решетчатая закрывашка. Здесь проще - я видел механизм замка, так что спустя минуту, после отката кулака, свернул его в один прием.