Шрифт:
18 мая 48.
Саша:
— Мне кажется, что во мне есть злорадство.
— Разве ты радуешься, когда кому-нибудь плохо?
— Нет.
— Так почему же ты говоришь, что в тебе есть злорадство?
— Мне почему-то так кажется.
Утро. Саша приходит ко мне в кровать. Я ласкаю ее и говорю:
— Ты моя хорошая, ты моя милая, мое солнышко.
Саша лежит тихо и удовлетворенно вздыхает. Когда я замолкаю, она говорит:
— Мама, скажи мне еще какие-нибудь такие хорошие именушечки.
Май 48.
У нас гостит семейство наших ленинградцев: Илюша, Руня и Ниночка [37] .
Ниночке три с половиной. Мы водили ее в зоопарк. Она совершенно спокойно отнеслась к слону, львам, жирафу и в восторге застыла у клетки с кроликом: «Вот это зверь!» — закричала она.
Галя не отходит от нее: утром умывает, причесывает; вернувшись из школы, кормит. Саша: «Галя, ты, что ли, Ниночку больше меня любишь? Я ведь тебе роднее!»
37
См. примечание к записи от 15 января 48 года.
Руня много времени проводит с детьми, читает, разговаривает с ними. Нынче она сказала:
— Знаешь, по-моему, есть два типа характеров, как два типа голосов: поставленных от природы — это встречается очень редко! — и искусственно поставленных в школе. Вот у Гали характер, поставленный от природы, и тут главное — не испортить его. А Саше надо ставить характер, и это всегда трудно: приходится много ломать.
Мне кажется, она не совсем права. Много на свете характеров, только, по-моему, каждый лепится жизнью. Вполне готовых характеров, пожалуй, я не встречала.
Илюша с Руней помогли нам перебраться на дачу и уехали, оставив Ниночку с нами на две недели. Теперь у меня три дочки.
11 июня 48.
Саша:
— Мама, ты почему не улыбаешься, ты что, царевна-несмеяна?
— Мама, один мальчик на дворе кричит другому: «Сука!» Ты не пугайся, это значит просто — собака.
На плакате цифра XXIX.
Ниночка:
— Галя, а это что за буквы, вот так перекладываются?
И скрестила босые ножки.
23 июня 48.
Галино белое платье покрыто серией разнообразных пятен.
— Это — от кофе, — объясняет она непринужденно, — а это я ела землянику, а это клубничное варенье капнуло, а это…
Галя:
— Несчастные люди, которые будут жить через 1000 лет после нас — сколько событий произойдет за это время, и им все придется учить.
Раздобыли черепаху, поят ее молоком, кормят булкой.
Назвали Найдёнышем. В первые дни были очень увлечены. Потом охладели.
Саша:
— Мама, давай играть в домино. Если я проиграю, то не буду жадной, ябедой и все свои плохие черты исправлю. А если ты проиграешь, то купишь нам с Галей и Ниночкой конфет и вот такого печенья.
Когда Шура был в Ленинграде, Саша говорила, искательно заглядывая мне в глаза: «Ты не беспокойся: я сейчас напишу папе, что ты бережешь меня, как царь золото, ведь больше беречь нельзя, правда?»
Проводили Серманов в Ленинград. Грустно без Ниночки — привыкли к ней.
27 июня 48.
Галя разбила банку с русским маслом — на полу большое масляное пятно.
— Что же делать с этим пятном? — говорю я.
— Знаю! — восклицает Саша, — давайте повсюду — и тут и там разольем русское масло — тогда весь пол будет такой же, как это пятно.
Шура (о себе):
— Великий русский писатель вставал поздно, был небрит, ничего не писал и смотрел исподлобья.
Саша, тихо:
— Ты не великий…
Шура, возмущенно:
— Вон из-за стола! Я знаю, это бабушкины происки!
Бабушка, тактично:
— Я на эти темы с детьми не разговариваю!
Тетя Соня:
— А кто же великий?
Саша, подумав:
— Пушкин!
Мы, хором:
— Откуда ты знаешь?
Саша, скромно:
— Из предисловий.
5 июля 48.
Саша, сосредоточенно разбирая игральные карты: