Священник глазам своим не верил. «Он и в самом деле сумасшедший. Ночью он сжег дорогого будду, сделанного из сандалового дерева, а теперь этот безумец поклоняется придорожному камню словно будде».

Священник подошел к мастеру и спросил его:

– Что ты делаешь?

– Я читаю утреннюю молитву, - объяснил мастер.

– Ты чудак, - сказал священник.
– Ночью ты уничтожил моего будду, а теперь ты поклоняешься придорожному камню.

– Ты не понимаешь, - ответил мастер.
– Мы выдумываем зрительные образы. Если перед тобой что-то в форме будды, ты считаешь это буддой. Ты воплощаешь будду в деревянную статую, и она становится буддой. Все это игра ума. Я не верю в молитвы. Я просто ждал тебя, поклоняясь придорожному камню, чтобы показать тебе, что ты поклоняешься не тому, чему бы ты ни поклонялся, потому что ты будда. Будда - это тот, кто поклоняется, а не тот, кому поклоняются. Могу я прийти в храм сегодня вечером?

– Нет, - сказал священник.
– Может быть, ты прав, а я не прав, но я не могу следовать твоему великому пониманию, поскольку оно опасно. Будет хорошо, если ты уйдешь отсюда и будешь чудить в другом храме. Я бедный священник. Ты уже уничтожил одного их моих прекрасных будд. И я не могу пустить тебя в храм, несмотря на то, что ты убедил меня. Я не могу пустить тебя в храм.

– Это не важно, - заметил мастер.
– Но я осознал, что ты понял меня правильно, и когда-нибудь ты станешь искать меня. Я вижу в твоих глазах свет понимания, луч понимания. Не пускай меня в храм... я уже в тебе.

Через два года этот священник пришел к мастеру, чтобы извиниться перед ним. Он принес оставшиеся три статуи со словами:

– Ты можешь сжечь их, когда тебе это будет нужно. Я все понял. С той ночи я не мог даже на миг забыть тебя, твою красоту, благодать, покой, безмолвие и твое великое усилие, чтобы заставить меня понять, что я совершал глупые поступки. Я плохо отнесся к тебе. Я выбросил тебя в темную, холодную ночь. И все же ты ждал меня на следующее утро, чтобы дать мне еще одну возможность понять. Я был так глуп, что упустил и эту возможность. Но мне хватило двух лет. Ты не давал мне покоя. И вот я пришел, прекрасно зная о том, что будда во мне. Его нет в статуях храмов. Нет разницы между храмовыми статуями и придорожными камнями.

А вот еще одна история. Когда британское правительство начало строить в Индии дороги и устанавливать вдоль ее столбы с указанием миль, эти столбы красили красной краской, потому что это яркий цвет, и такой столб можно увидеть издалека. Столб отчетливо виден на фоне зелени полей и лесов. Другой цвет может слиться с пейзажем, но красный цвет виден четко.

Британские инженеры, работавшие на этих дорогах, удивлялись тому, что крестьяне начали поклоняться этим столбам! Крестьяне решили, что это статуи Ханумана. Инженерам пришлось немало потрудиться, чтобы разъяснить крестьянам, что это всего лишь столбы. Крестьяне отвечали: «Для вас это только столбы, а для нас совсем другое дело. Они так прекрасны, и мы же не приносим вам никакого вреда. Мы будем просто поклоняться им».

Я справлялся в книгах по истории... Когда в Индии стали проводить дороги, британские инженеры были поражены. Они не могли помешать крестьянам, которые говорили: «Вы можете считать это столбами, но разве вам повредит, если мы станем поклоняться им? С нашей точки зрения, у них вид статуй Ханумана».

Бодхидхарма не мог сказать то, что записал ученик. Он мог ответить только: «Помните о своем поле будцы, пробудитесь к своему полю будды, и это пробуждение сделает ваш не-ум единым с буддой. Не поклоняйтесь напрасно. Вам нужно поклоняться своему сокровенному сознанию. Вы храм, вы тот, кто поклоняется, и вы тот, кому поклоняются».

На санскрите слово «будда» означает «осознанный», «чудесно осознанный». Когда вы отзываетесь, ощущаете, поднимаете брови, моргаете, двигаете руками и ногами - все это ваша чудесно осознанная природа. Эта природа есть ваш не-ум. А не-ум - это будда. Будда - это путь. Путь - это дзен. Но слово «дзен» - это то, что остается загадкой. Дзен - это видение вашей природы.

Слово «дзен» остается загадкой потому, что оно исходит из санскритского корня. Оно исходит от слова «дхияна». Будда использовал язык современников. Это был революционный шаг, потому что санскрит всегда был языком ученых. Будда совершил революцию, начав использовать язык простых людей, а не язык ученых. Он использовал язык пали, чтобы его мог понять любой крестьянин. На языке пали слово «дхияна» претерпело некоторое изменение, оно стало словом «дзян». А когда Бодхидхарма достиг Китая, он говорил о «дзян». Но в Китае это слово снова изменилось. Оно превратилось в «чан». Из Китая это слово перебралось в Японию. Там оно стало «дзен». Оно давно потеряло свой изначальный корень. В японском языке нет корня для слова «дзен». Для японского языка это иностранное слово. В китайском языке нет корня для слова «чан», для него это слово иностранное.

По этой причине трудно определить, что такое дзен. Но если вы можете вернуться к корню, все становится простым, и трудность исчезает. Слово «дхияна» означает выход за пределы ума, за пределы мыслительного процесса. Оно означает вхождение в безмолвие, в высшее безмолвие, в котором ничего не движется, в котором ничего не волнуется, в котором отсутствует все. Здесь есть лишь чистая пустота. Это пространство есть дзен, это пространство есть медитация. И нет никакой трудности. Но корень слова «дзен» можно отыскать только в Индии. Дзен родился здесь, а расцвел в Японии. Цветы появились в Японии, и они стали трудностью, поскольку никто не мог определить, откуда они, где дерево. Люди видели только цветы и их благоухание. Корни были далеко, в Индии. Жаль, что дхияна пришла к своему высшему цветению в Японии, а в Индии она почти полностью исчезло.

Индийское правительство известило свои посольства о том, что им запрещено выдавать туристические визы тем, кто хочет приехать в Индию для того, чтобы изучать медитацию.

Правительство ничего не знает о медитации. Политики не могут позволить себе заниматься медитацией, поскольку основа медитации в том, чтобы не быть честолюбивыми, желающими, чтобы ничего не достигать. Политик не может позволить себе медитировать. По этой причине в индийских университетах не затрагивают тему медитации, а ведь это самый большой вклад Индии в мир. Наши посольства во всем мире мешают людям, желающим изучать медитацию, приезжать сюда. Им выдают визы, если они просто хотят увидеть Тадж Махал, храмы Каджурахо, поехать в свадебное путешествие в Кашмир - по любой пустяковой причине, только не для медитации.