Шрифт:
— Знай наших! — крикнули те, что радели за Грицько.
— Митька усталый был, потому Гришкина перемога не в зачет!— орали московиты.
Митька уселся на траву и, забыв про поражение, улыбался во весь широкий рот.
— Силен, будто медведь,— сказал он,— одолел правильно.
— Не в зачет! — упрямо твердили Митькины сторонники.
— Он до этого троих на лопатки поклал!
— Все одно — перемога наша!
— Не гомоните, хлопцы! — крикнул Грицько.—Сказать по правде,— если бы не свежие руки, то мне Митьку не побороть.— Он подошел к Митьке, подал ему руку и поднял с травы.— Отдохни, а перед сном еще раз схватимся.
— И то верно,— качнув головой, промолвил Митька и обнял коренастого Грицька за плечи.
— Любо на них смотреть! — восхищенно крикнул кто-то.— Какие богатыри!
На следующий день Грицько-черкасин с охоты вернулся поздно и пришел не один. За ним не спеша двигался мальчуган, ведя за руку слепого старца. Все трое прошли к атаману.
— Посмотри, атаман, кого я нашел. Встретил на дороге —взял да и привел сюда. Они сами об том просили.
Атаман подошел к старику, посадил его на скамью.
— Куда, отец, путь держишь? Какая беда занесла вас в этот страшный край?
— Скажи, как тебя зовут? — тихо произнес старик.
— Васильком родители нарекли.
— Васильком, говоришь. А тот, что привел нас сюда, баял — Соколом.
— Сокол — это прозвище мое.
— Слава богу! Уж сколько дней мы ищем тебя. Люди говорят, в горы Сокол прилетел. Говорят, людей подневольных выручает, из цепей кует мечи, чтобы иродов сей земли наказать. И захотелось мне найти тебя.
— Неужели, дед, о нас добрая слава идет?
— В этой злой земле добрые дела люди творят редко. Здесь все больше в цепи куют. А ты свободу несешь человеку. Оттого и слава про тебя, как ветер, разлетелась.
— Где вы были, откуда пришли? — еще раз спросил Сокол.
— Мне трудно говорить. Андрейка, расскажи.
Черноглазый мальчуган стал рассказывать о том, как он встретил деда Славко, как пробирались они в Сурож к купцу Никите Чурилову.
Вокруг Сокола собрались постепенно все ватажники. С интересом слушали они рассказ Андрейки. Подошел вместе со всеми и Ивашка Булаев. Он неотрывно смотрел на мальчика, несколько раз порывался сказать что-то, но, видно, не решался. И только когда поводырь кончил рассказ, Ивашка спросил:
— Родился ты где? — голос его дрогнул, выдавая глубокое волнение.
— Под Москвой. Углы деревня наша зовется.
И вдруг Ивашка рванулся к мальчику, схватил его своими большими руками, прижал к груди:
— Андрейка! Сын!
Глава шестнадцатая
ДВА ВСАДНИКА ВЫЕХАЛИ В КАФУ
Кафа — знатнейший город приморский, крымский.
М. Ломоносов, «Темира и Селим».
ПЕРВЫЙ ПОЕХАЛ КРУГОМ...
розно шумит море. Волны, одна выше другой, с рокотом несутся к берегу и разбиваются о прибрежные камни, сотрясая землю. Мрачен горизонт, клубятся над ним черные облака. Тонко и протяжно звенят расставленные на сушку рыбацкие сети, ветер обрушивается на огромную скалу и со свистом взмывает вверх, к окнам консульской башни.
В верхней комнате башни трое: консул, Гон- дольфо и Якобо. Якобо сидит у окна и смотрит на море. Юноша слушает штормовое пение ветра и не обращает никакого внимания на разговоры отца и Гондольфо. Гондольфо, низко склонив голову, пишет.
Христофоро ди Негро ходит по комнате и диктует письмо консулу Кафы Антониото ди Кабела.
— О суде, виселицах и позорных столбах написал?— спросил он Гондольфо.
— Написал,— угрюмо ответил гот.
— А о том, как они встретили мой приказ, написал?
— Как же я мог не написать, если вы диктовали!
— Ну хорошо. Далее будет так: «И еще прошу вас, светлейший! и вельможный господин, достойные господа провизоры и масарии и почтенные господа старейшины, прислать мне копии тех грамот, которые выданы общиной тем ди Гуаско, дабы мы могли уразуметь, чем руководствоваться нам. Кроме того, просим вас при рассмотрении...»
— Господин консул, после слов «просим вас» надо бы поставить «если вам будет угодно»,— посоветовал Гондольфо.
— Да, ты прав. Поставь и продолжай... «при рассмотрении прав тех ди Гуаско не пренебрегать достоинством и выгодами светлейшего Совета святого Георгия, а также и нашим достоинством». Последние два слова подчеркни.
— Хорошо, господин консул.
— Пиши дальше: «Я уверен, что вы поступите именно гак, дабы Устав был соблюден и правосудие заняло подобающее место, чтобы братья ди Гуаско, считающие из-за чрезмерного богатства своего, что над ними нет нигде власти, что они одни владыки, поняли бы, что над ними есть вышепоставленные лица, что господами над ними являются консулы»’. Точка. А теперь оставь место для подписи и напиши постскриптум.