Сидя на первом ряду Галереи Приглашённых, Жнец наблюдал сверху за этим амфитеатром, гудевшим, как пчелиный улей. Сенаторы рассаживались по своим местам, что-то горячо обсуждали, размахивали руками.

– - Бинокль, господин?

Жнец обернулся. Молодой человек в ливрее наклонился к нему, держа в руке позолоченный бинокль. "Совсем, как в театре" -- подумал Жнец и усмехнулся.

– - Ну, давай его сюда.

– - Сейчас начнётся, -- предупредил лакей.

Жнец кивнул и приложил окуляры к глазам. Теперь видно гораздо лучше. Осмотрев зал, он нашёл Рогозина. Весело улыбаясь, он рассказывал что-то сенатору Тейлору. Капитан взглянул на часы.

Гонг прозвучал, как гром среди ясного неба. Зал внизу сразу стих, сенаторы быстро заняли свои места. Кто-то начал записывать что-то в свой блокнот. Через окуляры бинокля Жнец увидел, что Рогозин достал из портфеля две папки и по одному стал доставать оттуда какие-то документы.

Тем временем в Президиум прошли несколько человек. Председатель в чёрной мантии с серебристой оторочкой занял центральное кресло, по обе стороны от него уселись его заместители. Рядом с ними расположился солидный господин в синем мундире, увешанном орденами.

– - Дамы и господа, прошу тишины!
– - прозвучал скрипучий голос Председателя.
– - Сегодня в зале заседания Сената Федерации присутствуют три тысячи триста пятьдесят шесть человек из трёх тысяч шестисот членов, что предполагает наше заседание правомочным. Вероятно, остальные опаздывают и прибудут во время заседания. Итак, начнём. На повестке дня вопрос о принятии военной доктрины Федерации. В виду возникших противоречий Его Верховенство Консулат Федерации передал сей вопрос на рассмотрение Сената, чтобы представители воли народа дали на него разумный ответ. Нас здесь много, все мы носители идей, и я уверен, что сегодня мы придем к компромиссу. Здесь также присутствует ТретийКонсул Федерации сир Ральф Курион Сторри Первый. Он донесёт до других консулов волю нашего совета. Поприветствуем его!

Старик в орденах привстал со своего кресла. По залу прокатилась волна аплодисментов. Председатель продолжил:

– - Проанализировав ситуацию, сложившуюся при популяризации через СМИ отдельных положений разрабатываемой военной доктрины, Президиум Сената Федерации пришёл к выводу, что сегодня мы будем рассматривать её две основные гипотезы. Уверен, по ходу заседания, у нас появятся и другие предложения, которые до этого момента умалчивались отдельными сенаторами, по ним мы так же примем решение. Проведя анализ информационного поля, мы назвали эти двегипотезы для удобства рассмотрения Доктринойнаступательной и Доктринойоборонительной. Нами предполагается, что первую будет отстаивать господин Рогозин, сенатор провинции Дельфа планеты Капри, вторую - сир Корхаст, сенатор провинции Манишо с Титана. Все согласны с этим решением Президиума?

Сенаторы зашептались, переглядываясь.

– - Очень хорошо, что нет возражающих, -- кивнул Председатель.
– - Президиум предполагает, что первым, кто должен выступить в прениях, будет господин Рогозин. Всё верно, Виктор Алексеевич?

– - Уважаемый сир Приам де Крюи!
– - донеслось из сенаторских рядов.
– - Я, Виктор Алексеевич Рогозин, считаю, что первым, кто должен выступить в прениях, должен стать сир Корхаст, поскольку моя речь, я думаю, будет дольше, чем его. Кроме того, я оперирую большим объёмом данных и считаю, что мне требуется ещё некоторое количество времени, чтобы определить их в надлежащую словесную форму. Думаю, по окончании выступления сира Корхаста я буду готов. Я уверен, сир Корхаст заслужил право во многих делах быть первым.

Председатель Крюи кивнул.

– - Сир Корхаст, что вы скажете в ответ на реплику господина Рогозина?

Корхаст замялся. Видимо, его тоже не совсем устраивала перспектива выступать первым, однако он всё же решил проявить рыцарское бесстрашие:

– - Я думаю, что если каждый из нас будет стесняться представить свой проект, никакого диалога у нас не получится. Я согласен выступать первым.

Что ж, первый камень в огород Рогозина. Впрочем, тот тоже в долгу не остался:

– - Я считаю, что господин Корхаст заблуждается, давая оценку моим действиям. Лучше пусть он должным образом выступит сегодня, я думаю, для нас это будет полезнее.

Корхаст усмехнулся и направился к трибуне.

– - Дамы и господа! Сенаторы и приглашённые!
– - начал он.
– - Сегодня нам выпала великая честь принять важное государственное решение. Признав наш авторитет, Его Верховенство Консулат передал нам своё полномочие - определить направление внешней политики нашего государства во взаимоотношениях с другими цивилизациями. Я уверен, что мы должны принять разумное и взвешенное решение, основанное не на наших властных амбициях, но в целях выработки всеобщего блага. И решение это должно быть верным.Это тот самый день, тот самый момент, когда мы должны доказать нашу способность быть такими же мудрыми, как и наши консулы.

В своей речи я оперирую свежими статистическими данными, которые были собраны накануне моей командой. В своих выступлениях на телевидении я неоднократно говорил о них, и теперь доказательства правильности лоялистской военной доктрины пополнились новыми. Согласно данным Казначейства Федерации мной, сенатором Бордо и сенатором Паркинсоном были проведены расчеты затрат наступательной военной операции. Строительство одного фрегата обойдется в восемьдесят тысяч золотых талантов, строительство крейсера - девяносто пять тысяч, строительство корвета встанет государственному бюджету в пятьдесят две тысячи. Затраты на термоядерное топливо составят более полумиллиона золотых талантов. Про колёсную и гусеничную бронетехнику я не говорю - вы и сами знаете, что у нас недостаток танков и транспортёров, а многие из тех, что есть, морально устарели. Содержание полка велитов обойдется Федерации в десять тысяч восемьсот золотых талантов: вооружение, средства индивидуальной защиты, провиант и жалованье. Полк тяжёлых пехотинцев обойдется нам в восемнадцать тысяч ежемесячно. И я не считаю средств, которые мы тратим на содержание Гвардии берсерков -сорок пять тысяч золотых талантов в месяц. Для осуществления успешной наступательной операции нам необходимо увеличить численность войск более чем в два раза, набрав и укомплектовав ещёпять дивизий велитов и две дивизии тяжелых пехотинцев. Таким образом, общие затраты государства для ведения наступательной кампании составят более полутора миллиона золотых талантов. И это вовсе не означает её успех.