– - Я не стану яшкаться с Консулатом, -- повторил Рогозин.
– -Ни с Консулатом, ни с этим лоялистом Корхастом. Они не хотят ничего менять, они не хотят реформ. Зачем им это, если им и так хорошо? Вся наша система прогнила настолько, что вот-вот рухнет под тяжестью своей плесени. Мы говорим про демократию, мы говорим про любовь к народу, о защите его интересов. Где всё это? Всё, что мне довелось видеть, противоречит всем постулатам нашей Конституции. Как можно смотреть на это? Сауны, шлюхи, вип-места, показная роскошь. Они думают, что в этом сила... Нет, сила в правде. И правда состоит в том, что если верхи не хотят ничего менять, мы поможем им в этом. Мы сами толкнём их к этому. Мы не будем действовать открыто, так как неизвестность пугает сильнее. Я как-то разговаривал с одним типом, который поведал мне некоторые секреты скрытной войны. Я подумал и решил, что нам с вами не стоит быть столь деликатными во взаимоотношениях с консулами. Точнее, теперь мы должны хранить в рукаве запасную колоду карт. У меня есть несколько предложений, которые вам наверняка понравятся. Вы ведь солдат, не так ли?

Жнец пожал плечами:

– - В зависимости от того, что вы мне предложите.

– - Тогда слушайте, -- продолжил сенатор, остановившись перед капитаном.
– - Вы говорили, что на верфях Криллона висят три недостроенных болванки-фрегата. Я собирался попросить их у Министерства обороны для нашего эксперимента с пространственными двигателями. Теперь я другого мнения: мы угоним их. Их и ещё несколько военных кораблей, стоящих на приколе без дела. Фрегаты без двигателей, поэтому нам нужны транспортировщики, по два на фрегат. Никто не узнает, кто это сделал, и где находятся корабли. А потом с помощью нашего друга с НЛМИ и тех, кого он завербует, мы установим два или три двигателя из тех, что сейчас на трофейном корабле ферров. Ведь это вы захватили его, а значит, имеете право беспрепятственогодоступа на судно, ведь так? Будем действовать независимо от Генерального штаба. Когда Федерация будет захвачена феррами, мы сами нанесем удар по противнику. Главное - сохранить хотя бы часть флота. Это будет партизанская война, мой друг. Средства для этой операции мы найдём, нам нужно лишь привлечь несколько адмиралов из Генштаба. Во-вторых, мы должны продумать, как нам незаметно устранить Корхаста и ближайших его сообщников. Нужно симулировать развитие какого-либо заболевания, присущего его возрасту. Я думаю мобилизовать всех своих помощников, учёных Лаборатории и тех трёх шпионов, которые работают в Министерстве внутренних дел и завербованы моими помощниками. Сколько добровольцев вы набрали сегодня в Академии?

– - Пятьдесят два курсанта Гвардии берсерков, -- ответил Жнец.
– - Остальные сомневаются. Я буду искать поддержки адмирала Серрвуса. Без его велитов нам никак не обойтись.

– - Уверены, что Серрвус поможет нам? Он же, по-моему, на стороне лоялистов.

– - Это ещё надо доказать. Ведь он не выступил открыто на их стороне, хотя его участие могло бы привести к отмене Пакта. А, как известно, тот, кто не на стороне нашего врага, с большей вероятностью наш друг.

– - Хорошо. Возможно, вы правы, капитан. Будем считать готовящуюся операцию частной инициативой, а участие в ней - личным делом наших генералов.

– - Сколько сенаторов высказались за принятие Пакта Войны?
– - вдруг спросил Жнец.

Рогозин сложил руки, нахмурившись.

– - Из трёх тысяч четырехсот человек за принятие Пакта высказалось одна тысяча восемьсот одиннадцать. Это меньше, чем надо, однако в процентном соотношении мы держим полное равенство. Ещёзаметьте, что многие из тех, кто был "против", ушли из зала заседаний вместе с Корхастом. Однако учитывая всё вышесказанное... нам необходима поддержка Конгрегации Лордов Духовных.

– - Собираетесь лететь на Криллон?
– - спросил Жнец.

– - Нет, я думаю, будет лучше, если мы устроим видеоконференцию. Думаю, ваше присутствие будет необходимо. Ведь Конгрегация хорошо помнит ваши заслуги в подавлении восстания аборигенов на Капри. Если они увидят, что вы готовы проявить такое же рвение, то успех нам обеспечен. Да что я говорю, вы же сами заинтересованы в этом.

Жнец опустил голову.

– - Итак, резюмирую, -- улыбнулся Рогозин.
– - В то время как мы с вами будем говорить с клириками о делах насущных, ваши берсерки должны захватить несколько кораблей и увести из верфей Криллона два или три фрегата, насколько хватит времени. Параллельно я задействую шпионов. Думаю, что они устранят Корхаста в течение двух-трёх дней, пока Генеральный штаб не оправился после дерзкого ограбления. Всё нужно делать быстро и единовременно. Только тогда успех обеспечен, а последствия для нас будут безболезненны.

– - Я думаю, мне удастся договориться с берсерками. Они всегда там, где намечается большая драка. А Гуннар и Гановери, которые их возглавят, справятся с поставленной задачей лучше всех.

– - О, да! У пристани Лабораториистоит то самое железное доказательство их храбрости и верности!
– - Рогозин потёр ладони.
– - О... извините, мне звонят... Алло!

Знакомый голос того, кого он ожидал меньше всех, ответил ему:

– - Мне нужны деньги, друг. Готов меняться.

Спец из Министерства внутренних дел. Один из трёх шпионов. Тот самый, которого год назад с таким трудом завербовал Петерс и свёл с Рогозиным. Имени его Виктор Алексеевич не знал, да и оно ему было не нужно. Ему была нужна бесценная информация, которой располагал этот человек. Та самая, прямиком из кабинета Гвидо Аллеро: его планы, мысли и идеи. Самый эффективный сотрудник команды Рогозина и самый дорогой для его кошелька. Сегодня Неизвестный снова готов поделиться чем-то новым и важным.

– - Хорошо, буду на месте через полтора часа. Жди меня там, -- ответил сенатор и прервал связь.

"Место" - конспиративная квартира в северном районе города. Вторая из четырёх, имеющаяся в распоряжении Рогозина. Конечно, не время ехать ночью на окраину города, но промедление опасно, ведь на кону стоит успех всей кампании.

– - Мне надо ехать, -- сказал он Жнецу.
– - У меня деловая встреча наметилась. Потом расскажу, кто это. Я постараюсь разобраться со срочными делами в течение трёх часов. Если хотите, можете подождать меня здесь.

Капитан кивнул.

– - Пожалуй, я не стану злоупотреблять вашим гостеприимством, Виктор Алексеевич. Меня тоже ждут неотложные дела, содержание которых я сообщу вам позже, -- хитро улыбнулся он.
– - Я предложу Гановери и Горсаку разработать план действий. Лучше них никто с этим не справится.

Невысокие девяти- и десятиэтажные кирпичные дома с деревянными надстройками на крышах чёрными тенями нависли над головой. Бельевые веревки наверху сплели паутину.Чёрный седан мчался по тёмным узким улицам. Фары светили сквозь дождь, отражаясь в лужах на асфальте. Дворники мерно водили по лобовому стеклу, стряхивая воду. Рогозин щёлкал клавиатурой, прокладывал маршрут. Управлять автомобилем самостоятельно он не решился, доверив это дело бортовому компьютеру. В бедных кварталах северного района легко заблудиться. Снаружи ни одного фонаря, окна невысоких домов закрыты ставнями. В это время здесь никто не появляется, в это время опасно ходить даже группами. Разгул преступности в этих кварталах ничем не остановить, и Рогозин не удивился, если бы его автомобиль обстреляли из какого-нибудь переулка.Он редко пользовался здешней квартирой, предпочитая приезжать сюда только днём. Однако он чувствовал себя спокойнее, ведь никто не станет искать его концы его связей в этом районе, куда побрезгует приезжать каждый уважающий себя чиновник. В этом Рогозин был непредсказуем. О появлении чужака знали разве что единицы, ведь его автомобиль, несущийся по кривым улочкам, пока не встретил ни одного прохожего.