Жердь поднимает крышку чемоданчика, открывая небольшую клавиатуру, вставляет в прорезь свою идентификационную карточку, потом пару минут барабанит по клавишам.

Вынув наконец из стойки пробирку, он вставляет ее в гнездо. Устройство засасывает пробирку внутрь, колдует над ней и выплевывает снова.

Жердь протягивает пробирку И.В. Красные цифры на крышке отсчитывают от десяти назад.

– Когда дойдет до единицы, поднеси к носу и вдохни, – говорит Жердь.

Но она уже пятится от него подальше.

– У тебя проблема, дорогуша? – спрашивает он.

– Пока нет, – отвечает она. А потом изо всех сил подбрасывает пробирку вверх.

Из ниоткуда возникает «тяп-тяп» лопастей. Над головой у них размытым пятном проносится «Смертельный вихрь». Все на мгновение приседают: это от неожиданности у них подкашиваются колени. На землю пробирка не возвращается.

– Ах ты, сучка, – говорит Жердь.

– А ведь крутой был план, – говорит СКОР, – но вот ведь одного я не могу понять: зачем такой милой, умной девочке идти на самоубийственное задание?

Из-за облака выходит солнце. Нет, с полдюжины солнц – все они висят в воздухе, а значит, это вовсе не тени. В слепящем свете лица Жерди и СКОРа кажутся плоскими и невыразительными, лишаются черт, превратившись в два плоских блина. И.В. единственная, кто хоть что-то видит, ведь «Рыцарское забрало» уже скомпенсировало резкость; мужчины под ударом света морщатся и никнут.

И.В. оглядывается посмотреть, что у нее за спиной. Одно миниатюрное солнце висит над лабиринтом контейнеров, освещая все его углы и закоулки, ослепляя охрану. А поскольку этот свет пульсирует, в очках И.В. то слишком светло, то слишком темно, но одна картинка намертво запечатлевается на ее сетчатке: вооруженная охрана валится, точно череда деревьев под ураганом, и на фоне лабиринта на мгновение возникает ряд темных существ. Они взлетают на контейнеры волной кибернетического цунами. Крысопсы.

Лабиринт они уже преодолели, просто перепрыгнув его. И по пути кое-кто из них насквозь прошил тела охранников, как проходят защитники НФЛ сквозь слабаков-фотографов из прессы. Но Крысопсы приземляются на бетон, и тут же поднимается внезапное облако пыли, по низу которого пляшут белые искры. Сначала все происходит в полнейшей тишине, но И.В. видит, как Крысопес врезается в тело Жерди, а потом вдруг слышит треск ломающихся ребер – с таким звуком взрывается иногда надутый целлофановый пакет. Весь склад уже ходит ходуном, но взгляд И.В. пытается уследить за происходящим, наблюдая, как двойной след пыли и искр новых Крысопсов бежит по дороге, а потом вдруг взлетает в воздух над следующим новым препятствием.

С тех пор как она подбросила в воздух пробирку, прошли лишь три секунды. И.В. поворачивается и заглядывает внутрь склада. Но ее взгляд притягивает фигура на крыше. Это еще один охранник, снайпер, вышедший из-за модуля кондиционера, и его глаза уже привыкли к слепящему свету. Он поднимает винтовку к плечу. И.В. морщится, когда по ее глазам несколько раз проходит лазерный луч, пока снайпер наводит ей на лоб перекрестие мишени. За спиной у него она видит «Смертельный вихрь»: в яростном свете лопасти образуют диск, который, сужаясь, превращается в ровную серебряную линию. А потом вертолетик летит прямо на снайпера.

Затем «Смертельный вихрь» резко сворачивает вправо в поисках дополнительной жертвы, а из-под него валится какой-то предмет. И.В. решает было, что вертолетик сбросил бомбу, но это голова снайпера, которая, быстро вращаясь, извергает в яростном свете тонкую розовую спираль. Лопасти вертолетика, наверное, прошлись по основанию шеи бедняги. Одна часть И.В. бесстрастно наблюдает за головой, подпрыгивающей и вращающейся в пыли, а другая вопит что есть мочи.

Тут она слышит хлопок – первый громкий звук за все эти минуты. Повернувшись на звук, она видит перед собой возвышающуюся над складским сектором водокачку – лучшего места для снайпера и не придумать.

Но тут ее внимание привлекает карандашный росчерк голубовато-белого выхлопа крохотной ракеты, которая взмывает в небо из фургона Нг. Ракета не делает ничего, просто поднимается на определенную высоту и там зависает. И.В. уже не до ракеты; вскочив на доску, она изо всех сил отталкивается от земли, стараясь найти укрытие от снайпера на водокачке.

Слышится второй хлопок. Но не успевает этот звук достигнуть ее ушей, ракета срывается с места, будто пескарь, по горизонтали, два-три раза поводит носом, чтобы скорректировать курс, и самонаводится на насест снайпера – на пожарной лестнице водокачки. Гремит ужасающий взрыв – без огня и света, – все равно что громкий бессмысленный «бум», как иногда при фейерверке. С мгновение И.В. кажется, будто она слышит грохот, с которым шрапнель рикошетит от металлических конструкций.

Не успевает она въехать в лабиринт, как мимо нее проносится пылевой тайфунчик, отбрасывая ей в лицо камешки и осколки стекла. Цунами летит в лабиринт. И.В. слышно, как оно со звуком пинг-понгового мячика отталкивается от стен, меняя направление. Это Крысопес расчищает ей путь.

Ну до чего мило!

– Ловко проделано, отставник, – говорит она, снова забираясь в фургон Нг. Горло у нее словно опухло. Может быть, от крика, а может, от токсических отходов. Или ее сейчас вырвет. – Ты что, не знал о снайперах? – Если она будет думать о мелочах, то ей, может, удастся забыть о подвигах «Смертельного вихря».