Берн шагнул в комнату и сжал плечо командира с нечеловеческой силой – тот вздрогнул, чувствуя, как затрещал сустав.

– Все твои люди и люди из других гарнизонов – собери их на Стадионе и арестуй всех. Если кто-нибудь станет сопротивляться, убей его!

– Но… но что происходит?

Берн придвинулся ближе, его глаза затуманились. Командир едва не задохнулся от тяжелого мясного запаха его дыхания.

– Это проклятый Кейн все подстроил! Без малейшего усилия он поднял командующего в воздух и зарычал ему в лицо:

– Ну что, дашь лошадь и людей или оторвать тебе руку?

Сверху он казался едва заметной черной фигуркой, резко контрастировавшей с золотистым песком и яркими костюмами людей из процессии, однако король безошибочно узнал Кейна. Легкое щегольство в манерах, блеск зубов на смуглом лице, походка, заставившая зрителей замолкнуть… Да, это был он.

«Паслава опоздал», – подумал король, и сердце его забилось быстрее.

Пальцами с побелевшими костяшками он вцепился в свои колени. Без Паславы бойня будет гораздо страшнее, но пути назад уже нет, победа чересчур близка.

Король поймал взгляд Деофада, полный едва сдерживаемого нетерпения. Седой вояка сидел двадцатью рядами ниже.

«Готов?» – одними губами спросил король.

Деофад чуть заметно кивнул.

Король поднял палец и задержал дыхание.

Теперь все зависело от Кейна.

Неторопливый взмах императорской руки – и свита пропускает меня. Мне не нужно оглядываться, я и так знаю, что они смыкаются у меня за спиной. Впрочем, это не важно. Главное – как далеко я успею добраться, прежде чем все вокруг взлетит на воздух.

С неторопливостью, с которой мой отец снимал ремень, чтобы всыпать мне, я развязываю обмотанную вокруг пояса серебряную сеть и обматываю ее вокруг кулака.

– Какие новости, Кейн? – рокочет Ма'элКот с плохо разыгранным удивлением.

У этого сукина сына уйма талантов, но притворяться он не умеет.

Тоа-Сителл смотрит на меня без выражения, только одна рука теребит рукав рубахи.

Пэллес что-то хрипит – она не может говорить из-за раненого легкого.

Я протягиваю руку к гирляндам цветов, укрывающим платформу, берусь за ее деревянную основу и влезаю наверх.

Теперь толпа молчит уже не под магией Ма'элКота – все встают и смотрят на меня. Это явно не запланировано как часть шоу,

А так ли уж они не правы…

– Я могу видеть глазами этой иллюзии, – продолжает Ма'элКот, – и говорить ее голосом. Зачем ты пришел, Кейн? Я выпрямляюсь на платформе и разматываю сеть.

По всему Стадиону прокатываются взволнованные голоса, заглушаемые звуками медных труб. Тоа-Сителл поворачивает ко мне плечо, все еще не снимая руку с рукава. Пэллес снова хрипит, и на этот раз я понимаю ее:

– …это ловушка…

Ее глаза в темных кругах полны отчаяния.

– Я знаю, – отвечаю я ей с улыбкой.

Император возвышается надо мною горой мяса; я чую запах масла, которым пропитаны его волосы и борода, слышу шуршание его килта, когда он подходит ближе.

– Я спрашиваю еще раз: зачем ты пришел? Если б он нагнулся на дюйм ниже, если б я встал на цыпочки, я мог бы поцеловать его в губы. Холод из сердца растекается по рукам и ногам; за последние несколько секунд я так часто переходил от ликования к страху и наоборот, что эмоции стали чем-то посторонним. Теперь я чувствую только холодную пустоту. Я смотрю в бездонные глаза.

– Я здесь, чтобы спасти мою жену.

– Твою жену? – На его лице появляется легкое удивление. – Ты не говорил мне, что вы женаты.

– Я тебе много чего не говорил.

Теперь, когда я здесь, когда я решился, я не могу заставить себя начать. Я навел ружье, но не могу спустить курок. Пока я оттягиваю этот миг, мы с Пэллес, словно шредингеровские коты, балансируем между жизнью и смертью. Первое же мое движение войдет в историю.

– Да, – свысока роняет Ма'элКот, – например, что ты актир.

Невидимая рука сжимает мне горло. Даже если б я был достаточно хладнокровен, чтобы спокойно подтвердить это, – а хладнокровия мне явно не хватит, – я все равно не мог бы признаться из-за наложенного на меня запрета. Я изображаю короткую улыбку, которая может выглядеть уверенной.

– Чего же ты ждешь? – спрашивает Ма'элКот. – Вот моя иллюзия. У тебя в руке сеть… Колеблешься? Теперь, когда у тебя есть возможность ударить бога?

Я приказываю своему сжавшемуся горлу произнести:

– Ты знаешь, что такое «мертвый шпик», Ма'элКот?