–  Разумеется, — поспешил заверить Роман вечную возлюбленную, но не удержался, добавил: - Не припомню, когда ты заботилась о такой низкой материи, как польза.

–  Просто мы давно не виделись.

–  Это верно, — с трудом удержал вздох Рома.

А Светику сказал:

–  Лучше на диване полежу. Каждый развлекается по-своему. Ей это по плечу. А ты иди вместо меня. Иди. И цветочки купи. Ты же добрая.

–  Но ведь и ты не злой.

–  Моя доброта пассивна, и в этом её прелесть.

Защита, как и ожидалось, прошла блестяще. Ольга вошла в аудиторию, где уже висели диаграммы, взяла указку и медленно обвела сидящих глазами, как опытный актёр, выдерживая паузу, - так учил отец. Кругом мужики, мужики, одни мужики. От совсем юных мальчиков, которые с нескрываемым интересом рассматривают красивую женщину, до старых спецов, настроенных скептически, но тайно сраженных молодостью и обаянием. И она одна - против всех, вооруженная не только стильным строгим платьем и каскадом тяжёлых медных волос, спускающихся на плечи, но и знаниями. Злые языки будут трепать, что и фамилией тоже. Пусть! Умные знают, что одной фамилии недостаточно, нужно иметь ещё кое-что в голове, а на глупых - наплевать.

Из-за волнения она говорила на автопилоте. Не ожидала, что пересохнет во рту и вспотеют ладони. Наконец, заключительные фразы. Секундная тишина - и взрыв аплодисментов. Победа! Поздравления, поцелуи рук. Но главное - глаза Макса, который успел почти к началу. Кроме восхищения и уважения, Ляля прочла в них удовлетворенное честолюбие мужчины, владеющего успешной женщиной, и поняла, что вес сделала правильно. Теперь не будет приставать с глупостями вроде той, что прозвучала недавно: «Светка, не увольняясь с работы, нарожала твоему приятелю кучу детей, а ты мне одного не хочешь». Фигушки! Не дождётся: у меня теперь индульгенция - научный диплом,

А вот и Семицветик собственной персоной подошла поздравить. Обнялись, расцеловались - сколько лет прошло? Ляля даже не сразу узнала подругу - всегда была бесцветной, неприметной, никакой, а сейчас темно-русые волосы уложены в красивую прическу, модный костюм сидит ладно. В руках — дорогущий букет жёлтых роз, которые в последние годы стали почему-то олицетворять успехи в денежной сфере. Светка выглядела совсем неплохо для матери троих детей и банковского эксперта по кредитам. Ляля ничего подобного не ожидала, и интуитивно сработала защита от чужого благополучия,

–  Впервые вижу перекрашенную блондинку, - сказала она, маскируясь шутливым тоном.
– А где же драгоценная половина?

–  Отказался ехать.

–  Сочиняешь.

–  Он так и знал, что ты не поверишь, и велел напомнить про черную дыру. Сказал: второй раз не вырваться.

–  Никогда не думала, что Рома эгоист.

–  А неэгоистов не существует.

–  А ты?

–  Не бросайся словами, если не знаешь. Я - как все.

Брови у Ляли поползли наверх: она не знает Светика? Сказала, но уже без апломба, скорее вопросительно:

–  Ты же не предавала меня?

— Повода не было. Никогда не говори никогда. Между нами лишь та разница, что твой эгоизм видит только себя, а я выбираю путь, который дарует мне благо. Суть едина.

Обмен колкостями между подругами сгладился торжеством момента: кроме удачной защиты все остальное вроде бы не всерьёз.

Ольгу зачислили на кафедру техники безопасности. Электротехнический ремонт на действующих линиях - работа специфическая, очень опасная, требует аккуратности и изящества исполнения. И Большакова читала курс красиво, по-женски рационально, толково. Талантливо. Просто так удержать аудиторию нельзя, а ее слушали внимательно. Так Ольга доказывала своё превосходство над многими преподавателями-мужчинами и ставила под сомнение преимущество отбора педагогов по половому признаку.

Между тем, оказавшись по собственной воле в агрессивном мужском коллективе, она на первых порах струхнула. Мелькнула капитулянтская мыслишка: успех успехом, но здесь ей не выдюжить, несмотря на хорошую профессиональную выучку. Вспомнилось предостережение Романа — и очень кстати. Оно разбудило самолюбие, которое заставило Лялю бешено сопротивляться собственной слабости. Помощь пришла с неожиданной стороны.

Деканша, Галина Петровна Чёрная (среди посвященных просто ГэПэ), редкая женщина в институте и редкостная стерва. Жгучая брюнетка, похожая на наглую помоечную птицу, она внешностью оправдывала имя и фамилию, а поведением так подозрительно напоминала мужика, что хотелось заглянуть ей в штаны. Какой случай помог ординарной училке физики из средней школы занять эту должность, одному Богу известно. Маленькая, с короткими ручками и ножками, она, как все недоростки, отличалась повышенной энергетикой. Помешанная на собственной властности, дрессировала студентов, а преподавателей изводила нравоучениями. И начальство, и подчинённые старались с нею не связываться. Мужа ГэПэ давно загнала под каблук, дочери сломала жизнь, давая отставку всем женихам по очереди как бесперспективным.

Деканша делила людей на два типа: полезных и бесполезных. К слабым местам первых умело прикладывала примочки - духи, билеты в Большой театр, талоны на закрытые выставки, на посольские приёмы. Естественный вопрос — где брала. Вот тут-то и зарыта собака. Умела доставать. Но достать - лишь полдела, надо знать, кто в чём нуждается, уметь дать так, чтобы человек испытал не унижение, а удовольствие и чтобы сознание моральной зависимости пришло намного позже, когда подарок будет съеден, надет, иначе говоря, каким-то образом использован. На обращения никчемных людей у ГэПэ был один ответ: