– В ночь с 20 на 21 августа 1944 г. полк принял активное участие в Ясско-Кишеневской операции 26 экипажами с аэродрома Виашора; бомбардировал войска и технику противника на ближних подступах и в самом городе Яссы. За участие в боевых действиях по взятию города Яссы Верховным Главнокомандующим маршалом Советского Союза тов. Сталиным личному составу полка объявлена благодарность.

– После разгрома немецких войск в Румынии полк продвигался вместе с войсками 2-го Украинского фронта в Венгрию.

– За участие в боевых действиях по овладению городом Дебрецен, Венгрия, личному составу полка Верховным Главнокомандующим маршалом Советского Союза тов. Сталиным объявлена благодарность.

– За разгром и изгнание немцев из Трансильвании приказом Верховного Главнокомандующего Советского Союза 930 Краснознаменному Комсомольскому полку ночных бомбардировщиков присвоено наименование Трансильванский.

– Полк принимал активное участие по разгрому немецких войск в столице Венгрии г. Будапешт. Произведено боевых вылетов ночью – 650, сброшено бомб 61 969 кг. За участие в боевых действиях по прорыву обороны противника северо-восточнее города Будапешт и овладением городом Будапешт Верховным Главнокомандующим маршалом Советского Союза тов. Сталиным личному составу полка объявлена благодарность.

– После разгрома немцев на территории Венгрии 930-й полк вместе с наземными войсками начал разгром и изгнание немецких оккупантов на территории Чехословакии. За участие в боевых действиях по овладению городом Банеска-Штенвница, Чехословакия, Верховным Главнокомандующим маршалом Советского Союза тов. Сталиным личному составу полка объявлена благодарность.

– За участие в боевых действиях по овладению городом Комарно личному составу полка Верховным Главнокомандующим маршалом Советского Союза тов. Сталиным объявлена благодарность.

До конца войны тов. Сталин не раз вспоминал в своих приказах 930-й полк, объявив личному составу благодарности за содействие в овладении городами Комаром, Трнава, Братислава, Зноймо.

– Всего за время боевых действий полк произвел боевых вылетов по уничтожению живой силы и техники противника 9860 с налетом 14 785 ч. Произведено полетов по специальным заданиям командования 5291 с налетом 7197 ч.

Отношение пилотов к своим «ночным бомбардировщикам» поразительным образом совпадало. Вряд ли есть еще в истории советской авиации летательный аппарат со столь однозначно положительной репутацией. Впрочем, положительно боевые качества «кукурузника» летчики оценивали только повоевав на нем. Константин Фомич Михаленко всю войну прошел в составе 45-го гвардейского авиаполка ночных бомбардировщиков, вооруженного У- 2. Вот как вспоминал Михаленко свое первое знакомство с матчастью, на которой ему предстояло воевать:

– Самолеты – У-2. Небесные тихоходы, простейшие учебные самолеты, собранные по военным училищам и сибирским аэроклубам. И вот эта техника, предназначенная только для учебных полетов начинающих летчиков, теперь составляет основу нашего авиационного полка. Смотрю на зеленые двукрылые машины, открывшие не одному поколению летчиков дорогу в небо, и ощущаю в душе двойственное чувство. С одной стороны, уважение к старому самолету, с другой – сомнение: неужели на нем можно воевать?!

На самолетах раннего типа строевые огни размещались на торцах законцовок крыла.

В военные годы строевые огни перенесли на верхнюю и нижнюю поверхности законцовок.

– Самолет из учебника истории. Каких-то два десятка лет отделяют его от братьев Райт! Его тактико-технические данные весьма определенны: скорость – сто километров в час, потолок – две тысячи метров, броня – фанера вперемежку с перкалью, вооружение – дерзость… И это против современных скоростей, против самолетов из дюраля и брони, против скорострельных пушек и пулеметов! И все же мы должны воевать на этом самолете. Должны… А как воевать?

Еще как воевали! За свои полеты на «небесном тихоходе» К.М. Михаленко был удостоен звания Герой Советского Союза. Не он, кстати, один. Примечательна оценка, которую дали летному опыту пилота «кукурузника» после войны «высокие товарищи». Как известно, после войны началось массовое сокращение армии, в том числе и ВВС. Многие уходили сами, многих – «уходили». Михаленко ушел сам, но бросать летную работу не желал и попытался устроится в Гражданский воздушный флот по специальности, пилотом:

– Москва. В длинной очереди таких же, как я, бывших военных летчиков стою в коридоре Главного управления ГВФ. … Передо мной в очереди капитан, Герой Советского Союза, в прошлом летчик-испытатель, и мне слышен его разговор по телефону:

– На чем летал?

– Я – истребитель! – отвечает капитан. Летал на Яках, на «Лавочкине».

– Налет?

– Около семисот часов!

– Не подходит. Следующий!

Следующий – я. Если уж отказали этому парню, стоит ли мне брать трубку? Но… Чем черт не шутит? Возьму…

– На чем летал?

– На По-2.

– Налет?

– Больше двух тысяч часов.

– Фамилия, имя отчество? Заказываю пропуск.

Михаленко взяли не просто в ГВФ, он попал в Полярную Авиацию! Сегодня Полярная Авиация особо не звучит, но в те времена туда отбирали самых опытных пилотов, лучших из лучших. Обратите внимание на налет пилота истребителя и налет летчика «небесного тихохода» – 700 часов против 2000! Только этих цифр вполне достаточно, чтобы понять насколько интенсивно летали У-2 в военном небе. Девять – десять боевых вылетов за ночь для У-2 считалось нормой.