– Я не могу больше Заида, нет сил. Мне больно смотреть на то, как умирают люди. Я не знаю вашу растительность, все-таки, она отличается от нашей. В моей стране я бы с закрытыми глазами собрала нужные растения и помогла больным.

– А где твоя страна, Афра? Может, муж мой Бахиж, поможет? Он найдет все, что ты скажешь.

На ее отзывчивость Афра только рассмеялась.

– Нет, Заида, он не найдет. Я из очень далекой страны и не хочу об этом больше говорить. На заре надо ехать в горы, может, там найду необходимые травы. Да и голова разболелась, надо немного поспать, а утром с Бахижем пойдем.

Заида испуганно смотрела на Афру.

– Не бойся. Я не заразилась, а детей не пускай на улицу. Ни с кем не общайтесь, в любом случае наденьте повязки на лицо, которые мы сшили. Я просто устала, пойду лягу.

Солнце уже поднималось из-за горизонта, озаряя весь небосвод ярким утренним светом, когда Афра с Бахижем оказались на зеленеющей равнине у подножия скалистых гор.

– Бахиж, собери травы, которые видишь, но с корнями, а я – кору деревьев. Может, найду ответ, когда буду готовить отвары.

Назад они вернулись затемно, с тяжелым мешком с разнотравьем и кореньями.

Афра продолжала лечить людей, с раннего утра до позднего вечера. Так продолжалось долгое время.

– Афра, если бы ты так лечила пашу, он бы осыпал тебя золотом, – сказал ей как-то Бахиж.

– Не шути так, Бахиж, народ стоит дороже золота.

Но, действительно, скоро слава о чудесных исцелениях донеслась и до дворца паши, и тогда в дом пожаловали его слуги во главе с визирем, спрашивая Афру.

Девушка не стала скрывать свое имя и назвала себя.

Визирь уважительно поклонился:

– О, спасительница людей! Тебя вызывает сам паша Мохаммад Али, он просит, чтобы ты незамедлительно последовала с нами в его дворец. Его сын смертельно болен, и паша тоже ощущает недомогание. Если ты спасешь им жизнь, получишь золота столько, сколько пожелаешь.

– Бахиж, твои молитвы были услышаны, – с иронией проговорила Афра. – Только, как оставить этих людей? Они каждый день приходят сюда, – обратилась она к посланнику паши.

– Приказ паши не обсуждается! – ответил тот. – Он может разгневаться. Прошу мою госпожу собираться в путь.

Афра не знала, что делать.

– Не дури, Афра, отправляйся, – шепнула Заида. – Я здесь помогу людям, только мне еще раз все объясни, я все запомню. Не губи себя, иди! И давай, сестренка, попрощаемся, чувствую, что паша назад тебя не отпустит. Пусть твой Бог пребудет с тобой!

Афра, обнимая подругу, заплакала, вспомнив родной остров, и то время, когда ее вот так забирали против воли в неизведанные дали.

– Целительница может сесть в паланкин, – предложил визирь, учтиво обращаясь к Афре. – Дорога дальняя, вы устанете.

– Нет, не беспокойтесь. Мне жалко людей, которые понесут паланкин. У меня есть ноги, я сама дойду. А вот на вашего коня я бы села.

– Дайте коня целительнице! – приказал визирь.

– Нет, я же сказала – на вашего коня. Зачем беспокоить других? Если сами не хотите идти пешком, зачем же других заставляете?

– Вы действительно отважная девушка! Таких не только паша, все египтяне уважают.

Он сошел с коня и хотел помочь Афре, но она лихо вскочила в седло, поразив всех присутствующих. Визирь восхитился ее красотой и непринужденной манерой поведения, в которой, однако, не чувствовалось ни грамма кокетства – только искренность и душевная простота, и они преображали ее красоту в настоящую силу.

– Истинная богиня! – восхищенно повторил визирь.

Заида и Бахиж долго стояли и махали вслед процессии.

– Храни тебя Бог, Афра! – сказала Заида, смахивая слезу.

32

Сыну паши помочь не удалось – когда Арфа занялась им, он находился уже при смерти, а вот сам паша под внимательным наблюдением и лечением Афры вскоре поправился. Было отдано распоряжение собирать соответствующие травы, готовя из них лекарства, и вскоре эпидемия пошла на спад.

– Мне очень больно, – тяжело вздохнул паша, когда беседовал с Афрой, – что не удалось спасти моего сына, наследника. Но ты, моя богиня, проси меня, о чем хочешь, ты это заслужила. Ты спасла мой народ и меня. Какому богу ты служишь? Я буду уважать его. Кто ты и откуда? Если не хочешь отвечать, не надо. Как достойна та мать, которая родила тебя, та страна, что взрастила тебя. Твоей красоте нет равных. Я полюбил тебя с первого взгляда и спрашиваю тебя, моя принцесса, хотела бы ты стать моей госпожой?