– Мне действительно очень жаль, – пробормотала Джоанна; причем ей почему-то казалось, что Даркурт лишь делает вид, что сердится. – Поверьте, я постараюсь сделать все возможное, чтобы проблемы, связанные с моим пребыванием на судне, не слишком донимали вас.

Алекс едва заметно усмехнулся и кивком головы указал на миску.

– Суп еще горячий, – сказал он. – Поешьте, пока не остыл.

Джоанна посмотрела на стол и снова перевела взгляд на Даркурта. Он принес ей поесть. Должно быть, это хороший знак. Значит, ее не собираются морить голодом. Даркурт зашил ее рану и оставил отдыхать в своей каюте. Правда, своим видом он явно давал понять, что недоволен ее поступком, однако Джоанна была почти уверена, что его недовольство наигранное.

– Спасибо, – кивнула она.

От миски с супом пахло просто изумительно, и Джоанна почувствовала, как у нее заурчало в животе. Но не могла же она в своем наряде сесть за стол и приняться за еду на глазах у Алекса Даркурта.

Он посмотрел на нее с удивлением, но потом, кажется, понял, что ее смущает.

– В Акоре нагота – дело обычное. – Алекс пожал плечами: – Это объясняется нашим теплым климатом и древними традициями.

Джоанна почувствовала, что щеки заливаются краской. С трудом овладев собой, она сказала:

– Но я ведь не нагая. Почему же вы говорите про наготу?

– Разумеется, не нагая, – поспешно согласился Даркурт.

– А где моя одежда? – не глядя на него, спросила Джоанна.

– Те лохмотья, в которых вы проникли сюда? Их больше нет, – ответил Алекс. – Здесь еще много туник. – Он кивнул на сундук, стоявший в изножье кровати.

– Но они не подходят мне по размеру, – возразила Джоанна.

– Другой одежды нет, – заявил Даркурт.

Он направился к сундуку и долго рылся в нем. Наконец нашел то, что искал. Это была туника – почти такая же, как та, в которой Джоанна проснулась, только сшитая из более плотной ткани.

– В ней вам будет удобнее, – сказал Алекс.

Джоанна кивнула:

– Кажется, да. Спасибо.

Она направилась в ванную, там сбросила с себя полотенце и надела тунику, доходившую ей почти до лодыжек. К тому же туника оказалась слишком широка в плечах, так что приходилось то и дело придерживать ее руками.

Убедив себя в том, что теперь выглядит вполне пристойно, Джоанна вернулась в каюту. Алекс, стоявший возле иллюминатора, покосился на нее, а затем снова устремил взор на линию горизонта.

– Как далеко до Акоры? – спросила Джоанна.

– Десять дней пути, если ветер не переменится. – Он кивнул в сторону стола. – Садитесь и ешьте.

На сей раз Джоанну не пришлось уговаривать. Она действительно ужасно проголодалась, а суп оказался на удивление вкусным.

Покончив с едой, Джоанна тихонько вздохнула и, откинувшись на спинку стула, проговорила:

– Спасибо, очень вкусно. Алекс кивнул:

– Хорошо, что вам понравилось. Потому что в обозримом будущем вам придется есть только акорскую пищу.

Их взгляды встретились. Немного помедлив, Джоанна сказала:

– Рада это слышать. – Она попыталась скрыть улыбку, однако у нее ничего не получилось.

Даркурт внезапно нахмурился, и Джоанна нервно поежилась: «Как бы он не передумал».

– Вы напрасно радуетесь, – проворчал Даркурт. – Я уже говорил, что ваше присутствие на корабле создает проблемы.

– Какие именно?

– Дело в том, что вы – ксенокс.

Джоанна мысленно про себя возблагодарила Бога за то, что учила в свое время греческий язык.

– Ксенокс – иностранка, да? – спросила она.

Алекс кивнул:

– Акора закрыта для ксеноксов. Мы не позволяем иностранцам посещать нашу страну. Не принимаем даже торговцев. Именно таким образом нам удалось сохранить нашу культуру и независимость. Что же касается иностранцев… Для англичан мы не делаем исключений. Надеюсь, вы понимаете, о чем я говорю?

Джоанну охватила паника. Но она тотчас же взяла себя в руки. В конце концов, прыгая с пристани на корабль, она еще больше рисковала.

– Я слышала об иностранцах, которые пытались проникнуть в Акору, – сказала она. – Всего несколько лет назад, когда французская экспедиция исчезла в акорских территориальных водах, все говорили о том, что даже попытка приблизиться к Акоре означает неминуемую смерть. Но я не верю… Не может этого быть.

Даркурт внимательно посмотрел на нее.

– Почему же не верите?

– Из-за вас, – заявила Джоанна. – По крайней мере, один человек не погиб. Я имею в виду вашего отца. Если бы его убили, вы бы не появились на свет.