– Ты ведь умеешь нырять? – с надеждой спросил Даркурт.

– Я ныряла в Хоукфорте, – ответила Джоанна, – но совсем немного.

– Река вытекает в глубокий бассейн с песчаным дном, – сказал Алекс. – Ты отлично справишься.

Она только сейчас смогла по-настоящему оценить развлечения Атреуса и Алекса.

– Надеюсь, ты не будешь на меня в обиде, – хмыкнула она, – но, по-моему, ваш отец назначил вам слишком легкое наказание.

– Наша мать была того же мнения. Ты готова?

Нет, не готова, но это не имеет значения. Джоанна вдохнула, выдохнула и последовала за Даркуртом.

И почти сразу же услышала рев водного потока, а непроницаемая тьма стала рассеиваться. Джоанна смогла различить силуэты высившихся над ними скал и впереди увидела что-то, напоминающее блеск воды.

Лунный свет. Они почти выплыли. Еще минута, и…

– Головой вперед! – закричал Алекс, перекрикивая шум водопада. – Как только ударишься о песок, тут же всплывай.

Ударишься! Ну и словечко. Лучше бы сказал «заденешь» песок, или «прикоснешься» к песку, или…

Ее вынесло из пещеры внезапно, ночной свет ослепил привыкшие к темноте глаза. И тут же Джоанна почувствовала, как летит вниз, причем, похоже, желудок намного опережает тело. Перед ней что-то промелькнуло – должно быть, это Алекс, а потом, едва успев набрать в грудь воздуха, Джоанна ударилась о воду. Был ли еще песок, неизвестно, но Джоанна точно помнила, как начала грести наверх. И уже через мгновение рука Алекса подхватила ее. Он быстро подплыл к берегу, выбрался из воды и помог Джоанне.

– Мы сделали это, – сказал он, прижимая ее к своей груди. – Господи, мы действительно сделали это!

Выплюнув воду, Джоанна посмотрела на него.

– А что тебя, собственно, удивляет? Ты сколько раз проделывал это?

Даркурт рассмеялся с явным облегчением.

– Я это делал, когда был молодой и глупый. Мне бы в жизни не пришло в голову повторить это безумство, да еще с женщиной, которую должен беречь от опасности. Безумие, чистое безумие! Я не должен был позволить ей оказаться в такой ситуации.

– Позволи-ить? – елейным голоском переспросила Джоанна. Если бы они говорили при других обстоятельствах, она бы решила, что у Алекса временное помутнение рассудка. Впрочем, возможно, так оно и было.

– Вот что, Джоанна, – проговорил он, подступая к ней, – мы, конечно, можем пикироваться с тобой по эту сторону горы всю ночь. А можем и поискать подходящее место для ночлега, упасть на мягкий мох и подумать о том, что делать дальше. Я, как человек опытный, порекомендовал бы второе.

Джоанна закашлялась.

– Знаешь, честно говоря, в данный момент мне даже нечего тебе возразить, – сказала она.

Он прижал ее к себе.

– Как же милосердны боги!

Лишь через несколько минут пути Джоанна поняла, что Алекс по-прежнему обнимает ее.

– Почему же мы не останавливаемся?

– Остановимся, еще успеем. – Он увлек ее глубже в лес, граничащий с рекой. Деревья росли тут так густо, что лунный свет едва проникал в чашу. Их опять окружила полная тьма.

Наконец Алекс уложил Джоанну на землю, но сам не лег. Вместо этого он вынул из ножен меч, положил их рядом, а клинок бережно обтер мхом.

Джоанна молча смотрела на него, а потом спросила:

– Как ты считаешь, тех людей, которые захватили Ройса, еще много?

Он поднял на нее взгляд, кивнул и вновь занялся своим оружием.

– Думаю, мои люди убили тех, кто тащил твоего брата, но кто-то наверняка остался. Ведь взрыв – это дело рук врага. Надо быть очень осторожными.

– Мы должны найти Ройса. – Джоанна попыталась сесть, но только теперь поняла, до чего измучена.

Алекс положил руку ей на плечо и слегка надавил на него, чтобы Джоанна легла отдыхать.

– Луна скоро зайдет, – сказал он. – Мы не станем бродить впотьмах, не зная, где может затаиться враг.

Джоанна была вынуждена признать, что он прав. И все же не могла успокоиться: она все еще видела Ройса – таким, каким негодяи волокли его по пещере. Что с ним и где он? Она не сможет спокойно отдыхать, пока не узнает этого.

Положив меч рядом с собой, Алекс лег, обнял Джоанну и прижимал ее к себе до тех пор, пока она не начала успокаиваться.

– Одна из основных заповедей при подготовке воинов – это умение растрачивать силу и накапливать ее, – прошептал он ей.

Джоанна уже начинала засыпать, но, услыхав его слова, стряхнула дрему и спросила:

– Сколько тебе было лет, когда ты начал готовиться к ратному делу?

– Шесть, – ответил Даркурт.

– Ты был так мал? – удивилась она. – А что по этому поводу думала твоя мать?

– Понятия не имею, – признался Алекс. – Но это нормальный возраст для того, чтобы мальчик покинул покои матери и переселился на мужскую половину.

– И ты не скучал по матери?

– Нет, не скучал, – ответил принц. – Я же видел ее каждый день, мы встречались за завтраком и ужином, она приходила пожелать мне спокойной ночи.