– Я возвращаюсь в том же платье, в котором ушла месяц тому назад.

Чистосердечный тон Луизы взволновал Панафье. Он взял Луизу за руку и вдруг остановился.

– А это что такое? – сказал он, указывая на богатое кольцо на ее пальце. – Зачем же ты говоришь, что возвращаешься такой же, как и ушла?

Луиза опустила глаза. Она была женщиной, и эта роскошная игрушка нравилась ей. Ей казалось, будет неправильно отдать ее, и она наивно сказала Панафье:

– Мне это кольцо подарили как семейную реликвию, которая должна принести мне счастье. Я его оставила, и оно действительно принесло мне счастье – ты снова мой.

– Для того, чтобы прийти ко мне, не нужно было кольцо, и если ты хочешь остаться здесь, то должна сегодня же вечером возвратить это кольцо.

Луиза опустила голову. Не говоря ни слова, она сняла кольцо, завернула его в бумажку и положила на стол.

Тогда Панафье привлек ее к себе и обнял. Крупные слезы покатились у него из глаз.

Несколько часов спустя Панафье был у братьев Лебрен и докладывал обо всем, что он сделал и видел. Он рассказал им странную историю женщины из «Шарантона», и братья исполнились надежд.

– Вы говорили об одном таинственном доказательстве, которое вы хранили до последней минуты и которое должно нам быть очень полезным. Не считаете ли вы, что уже пора рассказать об этом, так как, арестовав виновного, я хочу знать и доказательства.

– У нас нет причин скрывать это от вас, – отозвался Винсент, так как вы заинтересованы в этом деле так же, как и мы. Я сейчас покажу вам это доказательство – это письмо нашего отца с рисунком.

Винсент вышел в другую комнату и через несколько минут вернулся с письмом.

– Вот оно, – сказал он, подавая письмо Панафье.

Панафье прочел известное нам письмо Корнеля Лебрена. Окончив чтение, он поспешно перевернул письмо, чтобы посмотреть рисунок, и рука его при этом дрожала, так как в уме у него мелькнуло одно подозрение, а вернее – догадка. Взглянув на рисунок, представлявший кольцо в четырех различных видах, он весело вскричал:

– Все верно! Мы арестовали действительно его.

Братья переглянулись, услышав эти восклицания.

– Что с вами? – спросил Винсент.

– Слушайте, это невероятно, это немыслимо. Это кольцо…

– Ну, что же?

– Я знаю, где оно.

– Что вы говорите?

– Я хочу сказать, что сегодня утром я держал это кольцо в руках.

– В таком случае, оно у. вас? Вы его видели на человеке, арестованном сегодня ночью? – заинтересовался Винсент.

– Нет-нет, я не так выразился.

– Что вы хотите сказать?

– То кольцо, о котором я вам говорю, было в руках не аббата.

– Так, где же вы его видели?

– Я видел его на руке у женщины.

– Знаете, вы уже много раз ошибались, так что вполне вероятно, что захватив несчастного, вы и теперь ошиблись. Тогда это будет скандал.

– Но у меня есть доказательства. Человек, которого вы увидите через два часа, подарил это кольцо с большим бриллиантом одной женщине.

– Дорогой господин Панафье, – пояснил Шарль, видя, что брат улыбается, – вы не понимаете, или лучше сказать, вы плохо понимаете то, что говорил вам брат. Он вам советует не доверять первому впечатлению. Ваше горячее желание добиться результата заставляет вас легко верить всяким доказательствам.

– Вы хотите разочаровать меня? – проговорил Панафье.

– Совсем нет, я только следую логике. Посмотрите сами, в какое неудобное положение вы поставили себя тем, что сделали сегодняшней ночью. Подумайте, вдруг этот молодой человек подымет скандал?

– Этого я нисколько не боюсь. Он не сможет найти виновников его похищения.

– Вы слишком смелы и слишком самоуверенны.

– Но что же вы будете делать после того, что я вам сказал?

– Все очень просто.

– Говорите, я слушаю.

– Отправляйтесь сейчас к той особе, у которой кольцо, и попросите показать его нам. Если это то кольцо, то оно должно открываться.

– Это просто, вы совершенно правы.

– Мой брат рассуждает вполне благоразумно, – поддержал Шарль. – А до тех пор, пока не убедитесь, не выпускайте аббата.

– Ах, Боже мой! – вдруг воскликнул Панафье, ударяя себя по лбу.

– Что с вами? – удивились братья.

– Со мной!.. Со мной!.. Мне нельзя терять ни одной минуты! Через полчаса я буду здесь!