Их личная жизнь была для нас тайной, покрытой мраком до такой степени, что, когда они на школьных праздниках появлялись с женами, мы все равно не могли поверить в существование последних, полагая, что учителя, как и мы сами, должны были жить с родителями. Впрочем, точно так же мы понятия не имели, где они жили: их домом нам казался старинный школьный особняк вместе с новой пристройкой и спортзалом.

После урока Фитцхаллена мы столкнулись в коридоре с группой старшеклассников, выходивших из соседней аудитории, где у них был урок французского. Имена большинства из них я уже знал по начальной школе, да и всезнайка Бобби Холлингсуорс заранее оповестил нас, кто есть кто. Они окружили нас, как только Фитцхаллен отправился в учительскую. Ко мне подвалил не кто иной, как Стив Ридпэт собственной персоной, – он просто-таки навис надо мною, и мне пришлось задрать голову, чтобы, как полагалось, смотреть ему в лицо. Краем глаза я заметил, что возле Дэла Найтингейла остановился Терри Питере, заместитель старосты их класса, а еще один, по имени Холлис Уэкс, сорвал фуражку с головы Дейва Брика. Еще несколько старших, с ухмылкой посмотрев на эту пару – Холлис Уэкс был никак не выше Брика, – прошли по коридору мимо нас по своим делам.

– Ну ты, насекомое, отвечай живо: как меня зовут? – процедил Стив Ридпэт.

Я сказал.

– А тебя как?

Я и это сказал.

– А ну, подними мои учебники. – Он "уронил" четыре толстых фолианта и несколько тетрадок, которые были у него в руках. – Да поторопись, салага: у меня скоро урок.

– Сейчас, мистер Ридпэт…

Я нагнулся, а когда выпрямился, он, склонившись, уставился прямо мне в лицо и прошипел:

– Ах ты, вонючий сопляк…

Теперь, столкнувшись с ним лицом к лицу, я убедился, насколько подходило ему прозвище: Ридпэт-младший был в самом деле тощим как скелет. Кости так и выпирали, воротник свободно болтался вокруг шеи, в обтянутой пергаментной кожей физиономии с глубоко запавшими глазницами не было ни кровинки – казалось, на меня скалился череп.

Его блеклые глаза под еле заметными стрелочками коричневато-серебристых бровей были цвета добела застиранных джинсов. От него исходил сильнейший запах лосьона для бритья, однако невозможно было представить себе, как на такой коже могло что-либо произрастать.

– Ты, гаденыш, испортил мне контрольную работу. – Скелет сунул мне под нос слегка помятый листок бумаги. – Пять отжиманий, живо!

– Прекрати, Стив! – попытался урезонить его Холлис Уэкс.

Я посмотрел в его сторону – он слегка приобнял Дейва Брика, который стоял по стойке "смирно" и держал учебники Уэкса на вытянутых руках.

– А ты не встревай, – огрызнулся Скелет. – Пять отжиманий, быстренько! – повторил он мне.

Мне ничего не оставалось, как пять раз отжаться прямо на полу коридора. Однако представление на этом не закончилось.

– Как звали первого директора, ты, сопляк?

– Б. Тармен Бантер, – мгновенно отреагировал я.

– В каком году он основал школу и как она в то время называлась?

– Мистер Бантер основал академию Лоудстар в 1894 году.

– Не правильно, салага, год не тот, – прошипел Скелет и влепил мне затрещину. Удар был не очень сильным, однако костяшки его пальцев вонзились мне в затылок, словно вязальные спицы.

Удар не застал меня врасплох: глаза Стива сверкали такой злобой, что я предполагал что-нибудь подобное. Просветлев, будто получил несказанное удовольствие, Скелет повернулся и бросил через плечо:

– Ладно, отдохни пока: у меня урок…

Сделал он, однако, лишь пару шагов и вдруг остановился словно вкопанный:

– А это что еще за чудо-юдо жирное?

– Это Брик, – ответил ему Холлис Уэкс.

Дейв Брик покрылся потом, и фуражка съехала ему на нос.

– Брик?! – расхохотался Ридпэт. – Ты только посмотри на него… – Двумя костлявыми пальцами он ухватил Брика за складки кожи под подбородком. – Ну-ка, Брик, сколько книг в школьной библиотеке? Брик, как меня зовут? – Скелет сыпал вопросами, ухватив теперь беднягу Дейва за толстую щеку. – Что, жирняк, не знаешь?

– Н-нет, сэр, – всхлипнул Брик.

– Меня зовут мистер Ридпэт. Запомни мое имя, тупица.

Надо же, Брик… Брик-педрик! Ведь ты – педрила, да? Признавайся: педрила? Брик-педрик с волосами как у зулуса…

Ты лучше подстригись, Брик-педрик, а то у тебя там грязи больше, чем у моего батюшки под машиной.

Стоя все еще с учебниками Скелета в руках, я заметил, что к нам приблизились Том Фланаген и Дэл Найтингейл.

– А это что за красавчик? – спросил Ридпэт у Терри Питерса.

– Найтингейл, – усмехнулся тот.

– Ба, Найтингейл! – проворковал Скелет. – Так я и думал. А ты, Найтингейл, и впрямь похож на маленького грека. Так это ты, Найтингейл, фокусничаешь с картами, а? Ну ладно, птенчик, тобой я займусь попозже. Вот имечко как раз для тебя [1] . Спой, птенчик, не стыдись… – Скелет, похоже, вошел в раж. Вдруг он повернулся ко мне:

– А ты, сопляк, подпоешь, да? Вот дьявол, пора, – взглянул он на часы. – Давай сюда учебники.