– Но ты не можешь оставаться здесь, – сделала Кристин упор на последнем слове. – Думаю, тебе следует перебраться в мотель...

– Исключено. Я не собираюсь перебираться ни в какой мотель. К тому же у меня даже нет сухой одежды... кроме этого халата.

Кристин напряглась. Он имеет в виду, что на нем кроме халата вообще ничего нет?!

– Что ж, Рик, у меня таких проблем нет: я могу пожить в мотеле, пока ты здесь.

– И как ты это объяснишь?

– Я никому и ничего не собираюсь объяснять, – отрезала Кристин.

– В этом городе у всех слишком большие уши. И длинные языки.

Как и в любом другом подобном городке. Он был слишком мал, чтобы такое событие осталось незамеченным. Ведь самым любимым времяпрепровождением местных жителей было перемывать косточек соседям и совать носа в чужие дела.

Но когда Кристин представила, что ей придется провести с Риком наедине несколько часов в доме, ей стало не по себе.

– Я что-нибудь придумаю, – упрямо сказала она.

– Не глупи, – почти грубо сказал Рик и со стуком поставил кружку на стол. – Вряд ли в такую погоду кому-нибудь придет в голову отправиться к тебе в гости. В такой дождь ни один человек в здравом уме не высунет нос на улицу. А своим поступком ты только вызовешь... ненужные разговоры.

Рик был довольно убедителен и чертовски прав, и от этого Кристин стало еще хуже, а в душе поднялась волна жгучего протеста. Ей страшно захотелось сделать все наперекор ему, разозлить его, причинить ему боль...

Если она сейчас не остановится, то вполне может наломать дров.

Эта мысль отрезвила и напугала. Она столько времени старательно убеждала себя, что ей все равно, а на поверку оказалось, что ее спокойствие не более чем фикция: ее боль не только не унялась, а стала шире и глубже. Она разъедала душу, превращая ее в бездонную черную пропасть.

На этой печальной ноте Кристин решила притормозить. Потому что в противном случае она ударится в другую крайность – начнет жалеть себя, что в данном случае вообще недопустимо. И, принимая во внимание ее чувства, сейчас нужно срочно найти выход из сложившейся ситуации. Несколько минут Кристин только и делала, что напряженно искала этот выход. И не находила.

Кристин бросила быстрый взгляд на Рика. Он выглядел злым – наверное, тоже от безнадежности ситуации, в которой оказался – и уехать не может, и отпустить ее тоже, – и каким-то взлохмаченным. Схватив со стола пластиковую бутылочку с аспирином, он высыпал на ладонь сразу несколько таблеток – словно это были мятные леденцы – бросил их в рот, запил остатками кофе и поморщился.

Кристин поставила свою кружку на подоконник, только теперь обратив внимание на то, что Рик выглядит немного странно. Конечно, нужно сделать поправку на сложившиеся обстоятельства – вряд ли у него был повод чувствовать себя комфортно, но и эта поправка не оправдывала его болезненного внешнего вида.

– С тобой все в порядке?

– Пока не знаю, – отрывисто сказал он. – Просто болит голова.

– А ты не заболел часом?

– Боже, какая забота!.. – мгновенно ощетинился Рик, как дикобраз во время нападения хищника.

– Я просто спросила.

– Обещаю, что не доставлю тебе... хлопот! – Он умело изобразил заминку и сардонически усмехнулся, заставив Кристин почувствовать себя чудовищем в человеческом обличье.

Следовало это понимать так: Рик натерпелся по полной программе: у него болит голова, он вымок и не выспался, застрял на этой проклятой ферме против своей воли с женщиной, которая не вызывает у него ничего, кроме жгучей антипатии. Будь проклят тот час, когда он решился на эту поездку! Не иначе у него случилось временное помрачение рассудка!

Недовольство всем и вся было написано на его лице, и Кристин поняла, что, оставаясь в пределах досягаемости Рика, она рискует нарваться на новую грубость или даже ссору. Этого ей хотелось меньше всего.

Нужно уходить: сослаться на неотложные дела, придумать себе какое-нибудь трудоемкое и очень ответственное занятие, которое займет ее настолько, что она забудет о его присутствии хотя бы на некоторое время. А там, возможно, и случится какое-нибудь чудо, и он уедет, исчезнет из ее жизни, чтобы никогда больше в ней не появляться!

– Надеюсь на это... – со всей возможной холодностью произнесла Кристин, оторвалась от подоконника, вымыла свою кружку и поставила ее в шкаф. – Ладно, Рик, у меня есть кое-какие дела. Так что, извини, но я оставлю тебя.

Он ничего не ответил, но, уходя, Кристин чувствовала его взгляд. Она надеялась, что ее отступление не выглядит бегством. У нее нет причин прятаться от Рика, просто действительно накопилась масса дел: нужно собрать вещи, перекрыть воду и газовый баллон, накрыть мебель чехлами... Впрочем, последние два пункта следует сделать перед самым отъездом.