Дед был для Васи и учителем, и наставником, и другом.

Только дружба эта оборвалась неожиданно и слишком рано. Васе было всего восемь лет, когда, заболев, дед умер.

На мальчика смерть деда произвела тяжелое впечатление. Несколько дней он метался в горячке, бредил, но и оправившись от болезни, долго не мог забыть деда. Ни дела по хозяйству, в которых Вася как старший помогал матери и бабке, ни игры с товарищами, ни мастерство — ничто не могло рассеять его горе.

Но вот наступила осень.

Васю отдали в приходскую школу. Знакомый сапожник принес ему сапожки. Это была такая радость, что мальчик невольно забыл свою печаль. Первый раз в жизни ему довелось надеть собственные сапожки!

На другой день мать и бабка торжественно собирали его в школу. Вася шел гордо. Он видел, что соседские ребятишки из калиток и с заборов смотрели на него с великой завистью. Редко кто в то время из детей рабочих мог пойти учиться. Это было большим счастьем.

Зима пролетела незаметно. Учился Вася прилежно. Несмотря на то, что он был самым маленьким в классе, учитель нередко ставил его в пример остальным.

С наступлением летних каникул мальчик перебрался из дома в сарай, где устроил себе мастерскую.

Уже с этих пор стала проявляться в Васе страсть к изобретательству. Началось с того, что однажды вместе с товарищами он соорудил в саду настоящий фонтан. Вытащив во двор отца, Вася подвел его к клумбе и открыл кран. Над клумбой взвился водяной султан.

Обрадованный отец долго не верил своим глазам. Оценив труд Васи, дал ему двугривенный:

— Молодец, Васек! Вот тебе на пряники.

Вася купил на эти деньги книжку по механике, в которой вычитал о замечательном русском самородке — изобретателе Ползунове, построившем первую паровую машину.

Васю очень заинтересовал Ползунов и его изобретение. Ему захотелось больше узнать о судьбе русского изобретателя-самоучки.

Однажды он опросил отца:

— Папа, верно это, что был такой мастер Ползунов, который построил паровую машину?

— А ты откуда знаешь о нем? — удивился отец.

— Вот в книжке вычитал.

— Ишь ты!.. В книжке... Справедливо все это, сынок, только в книжке-то всего не опишут.

А был у нас на заводе механик, так тот сказывал, что великие муки испытал Ползунов, прежде чем сделал свою машину. Хозяин-то завода не любил машин, за них большие деньги надо было платить, а рабочие в то время работали почти вовсе задаром, вот и невыгодно ему было вместо них машину-то заводить. Бился, бился Ползунов, да так и помер в бедности. А один англичанин построил такую машину. И хотя после Ползунова, а его вон первым изобретателем считают.

— Почему же так бывает?

— А потому, что цари да слуги царевы не верят в простых русских людей, не дают им выбиваться на большую-то дорогу.

Смерть деда Мироныча тяжело сказалась на бюджете семьи Дегтяревых. Как ни старался отец Васи, его заработка не хватало на пропитание семьи. Чтобы не разориться вконец, пошел он к дедовским заказчикам и набрал у них работы на дом.

Установив в кузне еще дедом купленный ножной токарный станок, он стал на нем вытачивать различные детали, занимаясь этим по вечерам после работы на заводе и в воскресные дни.

Вася, сделав уроки, подходил к отцу и подолгу смотрел, как отец вытачивает медные детали для самоваров. Иногда отец подставлял к станку невысокую скамейку, ставил на нее сына и показывал, как надо работать на станке.

Вася быстро научился вставлять резец, обтачивать деталь, но, стоя на скамейке, он не доставал ногой до педали и не мог приводить в движение станок.

— Чистое наказание с тобой, Васютка, — говорил отец, — с полу не достаешь до резца, со скамьи не дотянешься до педали. Надо тебе, брат, подрасти. Иди-ка лучше к своим книжкам или пойди покатайся с горы.

Вася с обидой уходил, но мастерство так его манило, что через некоторое время он опять оказывался в кузне.

— Гляди, Алексей, сын-то и не отходит от тебя, — говорила старуха, — рукомеслу его учить надо, а не в школу посылать. Ишь, он какой смышленый до этого!

Отец хмурился и молчал. Не хотелось ему, чтобы сын пошел по той же торной дороге, по которой шел он сам и почти все дети мастеровых: в одиннадцать-двенадцать лет — на завод в ученики, потом — в подмастерья и так до тех пор, пока не выучится на слесаря, токаря или кузнеца.