– Не плачь, Лак-Лик. Ты вовсе не призрак. Ты более настоящий, чем любой из нас.

– Не хнычь, главный. Ты самый крутой капитан, под началом которого мне доводилось плавать. Ну или ездить, - рыкнул Бурошкур.

Пришли Ког и Дырявый Плащ, пришли Швепс и Раг-Баг, все они радовались тому, что Ниро жива, и говорили мне успокаивающие слова, пока я не пришел в себя и не понял, что чем дольше медлю, тем больше гремлинов умирает на поверхности. Я поднялся и вытер глаза.

– Ежи, спасибо, что...
– сказал я, пытаясь унять дрожь. Слова давались тяжело: - Спасибо за то, что спасла Ниро.

Железная гремлинша промолчала.

– Нам снова нужна твоя помощь. Ты знаешь, как открыть ворота в Мегастене?

– Оникс уже показывал мне наружную управляющую панель. Она сломана, восстановлению не подлежит. Открытие невозможно.

Раг-Баг что-то смущенно пробурчал.

– А ты сможешь открыть ворота с помощью внутренней панели, если она цела?

– Да.

– Ежи, с этого момента слушайся во всем Оникса, он твой новый архитектор. Возьмите Бурошкура и отправляйтесь втроем обратно к уничтоженному причалу. Там вы встретите Йокту. Он переправит на ту сторону Мегастены с помощью скафандров.

– Под водой?
– сглотнул Бурошкур.

– Конечно. Когда откроете ворота, спрячьтесь, чтобы вас не заметили.

Серый пират побледнел, но взял себя в лапы и кивнул:

– Есть, капитан.

– Зеленые проведут их тайным путем, - пообещал Швепс, начав что-то объяснять своей подруге с зеленой шерсткой. Она внимательно слушала и время от времени качала головой.

Вскоре Бурошкур вместе с чешуйчатым гремлином и хранительницей Железного острова покинули мастерскую в сопровождении зеленой самки.

– Ког, есть ли способ остановить войну?

– Боюсь, что нет, - ответил он.
– Все зашло слишком далеко. Зеленые сами виноваты, что украли последний зефир.

– Это не зеленые начали войну, - Раг-Баг опустил голову.
– Это мы. И мы специально надели зеленые шкуры и разукрасились, чтобы подумали на них, а не на нас.

Ког оторопел, но несколько вздохов спустя взял себя в лапы:

– Уже неважно. Даже если ворота откроются прямо сейчас, внутрь никто не войдет, пока не умрут все зеленые или все черные.

– Угу, - добавил пять-раз-Швепс.
– Стоящий-у-порога Изумшера уже объявил эту войну священной. Все гремлины с черным цветом шерсти должны умереть.

– И мы ничего не можем сделать?
– опустил уши я.

– Достаточно приказа адмирала Чаро, чтобы черные прекратили атаки, но он на это никогда не пойдет, - сказала Дырявый Плащ, прижимаясь к Когу.

– Не настолько хорошо знаком с главными зеленых, - сказал Швепс.
– Но тоже думаю, что слова Стоящего-у-порога хватит. Лак-Лик, это задачка не по наши плечи. Давай прошмыгнем в ворота вместе, пока будет заварушка. Какое нам дело до этих дрязг?

Ког укоризненно покачал головой. Я вздохнул - Швепс оставался верен себе.

Ниро что-то прошептала. Я навострил уши:

– Отнеси меня к Чаро, - сказала розовая самка.
– Переубежу его. Переубедю.

– Это может быть опасно.

– Чаро никогда меня не обидит, - слабо улыбнулась она.

Я вспомнил, с каким рвением адмирал защищал действия Ниро на важном совете. Возможно, она была права.

– Ребята, я постараюсь помирить черных, - сказал я.
– Вы справитесь с зелеными? Мы должны остановить войну.

– Как ты себе это представляешь?
– нахмурился Ког.
– Мы даже языка их толком не знаем, только Швепс более-менее разговаривает.

– Угу, и что я скажу?
– развел лапами пять-раз-Швепс.
– Что мы все ошибались, давайте простим убитых братьев и сестер и будем жить мирно и счастливо?

– Скажите им, - я задумался.
– Что скоро будет знамение, что войну нужно остановить, что Белое море вскипит, подняв пар до самых небес, а ворота в Мегастену откроются.

– Что за чушь? Кто поверит в то, что море закипит? К тому же что они по-твоему сделают, когда этого не произойдет?
– сложил лапы на груди Швепс.

Ниро едва слышно хихикнула. Ког посмотрел на нее, потом на меня и с ужасом спросил:

– Ты же не хочешь сказать, что это действительно произойдет?

– У нас осталось мало времени, - сказал я, бережно поднимая Ниро. Ежи на славу ее сшила, закрепив половину суставов обручами и перевязав раны, но я все равно беспокоился, ведь нам предстояло пересечь место боевых действий: - Если мы не решим все прямо сейчас, в ворота Мегастены некому будет заходить. Мы задохнемся испарениями.