Пока мы разговаривали, вернулась зеленая самка. Я подошел к ней и попросил у нее на шипящем языке:

– Проведи меня к черным гремлинам, пожалуйста.

Она округлила глаза:

– Ты знаешь зеври?

– Я выучил его, слушая, как вы разговариваете.

– Но это же невозможно. Я потратила целый цикл, чтобы научить Швепсика говорить на зеври.

Швепс густо покраснел, услышав наш разговор.

– Мне нужно в штаб черных. Настолько близко, насколько возможно. Проведешь?

– Следуй за мной, - согласилась зеленая.

Ког, Дырявый Плащ и Швепс удивленно смотрели нам вслед.

Мы петляли по катакомбам, старательно обходя ловушки и патрули. Иногда мы упирались в задымленные или горящие тоннели, и тогда зеленая самка вела нас обратно, сворачивая в другом месте. Изредка мы встречались с другими зелеными гремлинами, и сопровождающая нас самка общалась с ними жестами, тихо и коротко. Она ориентировались в этой паутине ходов и отнорков лучше, чем любой из знакомых мне гремлинов. Мне захотелось посмотреть на остров зеленых, чтобы узнать, как они жили раньше.

– Мир такой красивый, - прошептала Ниро, глазея по сторонам.

– Он гораздо красивее, когда не охвачен огнем.

Наконец, мы вышли на поверхность и спрятались за обломком чьей-то норы. Впереди виднелись очертания базы черных гремлинов. Зеленая жестом попросила меня вести себя тише.

– Они убьют тебя, как только увидят. Они стреляют по всем, кто не их цвета или не носит их одежду.

– Спасибо. Не переживай за меня, – ответил я, меняя цвет своей шерсти на черный. Зеленая самка отшатнулась в ужасе, а я встал в полный рост и направился к заграждениям. Не успел я сделать и нескольких шагов, как из-за укрытий выглянули боевички с натянутыми рогатками.

– Стой! Кто такой?

– Я Лак-Лик, боевичок под началом мастера зубов Скобы, принес владыку воли Ниро.

– Не может быть!
– ахнули черные. Ко мне выбежали двое крепких гремлинов с двузубцами, но как только увидели Ниро в моих лапах, тут же перекинули оружие за спину и увлекли меня за собой.

– Адмирал приказал идти к нему сразу, как только появится хоть какая-нибудь информация о владыке воли, - отрапортовал боевичок.
– Мы сопроводим вас в штаб.

– Так точно.

Они повели меня в нору, и вскоре я снова оказался в коридорах черных гремлинов. Всего лишь за несколько ночей, что нас не было, здесь все изменилось. Боевички носились по штабу, стены были завалены боеприпасами и оружием, все казались напряженными и сосредоточенными. И еще все они были голодными, достаточно было взглянуть на выпирающие на спине плечевые суставы.

Мы прошли мимо небольшой группы розовых гремлинов, и они взорвались восторженными криками, увидев Ниро.

Наконец, мы оказались в небольшом помещении, где на полу за картой Скайдла Борд склонились четверо черных военачальников: Скайа, Скоба, Буква и адмирал Чаро.

– Владыка воли Ниро найдена, адмирал, - козырнул боевичок и вышел, оставив меня с командирами наедине.

– Не может быть, - голос Чаро дрогнул. Он приблизился, и я охотно отдал розовую гремлиншу ему - мои мышцы сильно устали. Адмирал взял ее на лапы настолько бережно и аккуратно, словно она была сделана из тонкого обсидиана и в любой момент могла рассыпаться на кусочки.

– Чаро красивый, - улыбнулась ему Ниро.

– Ты в порядке? Ты ранена? И ты... видишь?

– Немножко. На все твои вопросы.

– Срочно врачевателя сюда!
– гаркнул Чаро. В коридоре началась суета.

На мгновение мне показалось, что адмирал заплачет, но он тут же взял себя в лапы и обратился ко мне.

– Как тебя зовут, боевичок? Я приставлю тебя к посмертной награде.

– Меня зовут Лак-Лик. Я пришел сюда, чтобы попросить о том, чтобы вы прекратили драться с Изумшером.

– Лак-Лик?
– напрягся Скоба.
– Но Лак-Лик умер несколько циклов назад.

– Это не так, - ответил я, меняя цвет шерсти на обычный медно-коричневый. Адмирал отступил на шаг, Скоба потянулся к двузубцу у стены, Буква положила лапу на закрепленную у пояса рогатку, а Скайа шагнул в тень.

– Пока мы живы, война продолжится, - сурово отказал адмирал Чаро. Невозможно было представить, что вздох назад он казался сентиментальным и тронутым: - Мы восстанавливаем справедливость. Ничто нас не остановит, пока зеленые не поплатятся за свои преступления. Порядок превыше всего, превыше наших жизней и превыше жизней наших врагов. Они умрут за то, что сделали с Ниро, за то, что освободили преступника Оникса, за то, что угнали наш корабль и за то, что украли наш последний зефир.

– Но это все не так же...
– слабо шепнула розовая самка.