– Да, иду на искусствоведение. А вы, ребята?

Кэм легко догнал меня на третьем этаже.

– Мы идем завтракать. Тебе надо прогулять лекцию и присоединиться к нам.

– Думаю, на этой неделе с меня хватит прогулов.

– А я вот сачкую, – объявил Олли, – зато Кэм у нас пай-мальчик, у него лекции только после обеда.

– А ты, выходит, плохой мальчик? – спросила я.

Улыбка Олли и впрямь была заразительной.

– О, я просто ужасный.

Кэм смерил друга многозначительным взглядом.

– Да, и это во всем: в грамматике, математике, английском, уборке за собой, общении с людьми. Продолжать можно до бесконечности.

– Зато мне нет равных кое в чем другом.

– Интересно, в чем же? – поинтересовался Кэм, когда мы вышли из дома. В воздухе пахло сыростью, а облака как будто накачали водой.

Олли, бежавший впереди, развернулся к нам лицом и стал пятиться назад, не замечая опасной близости сдающего назад красного пикапа. Он поднял свою загорелую руку и стал загибать пальцы.

– Пьянки, гулянки, сноуборд, футбол – ты еще не забыл этот вид спорта, Кэм? Футбол?

Улыбка сползла с лица Кэма.

– Нет, я помню, кретин.

Олли снова засмеялся и повернулся, направляясь к припаркованному серебристому внедорожнику. Заинтригованная, я взглянула на Кэма. Он смотрел прямо перед собой, на его лице играли желваки, а глаза были осколками льда. Не глядя на меня, он сунул руки в карманы и сказал:

– Увидимся, Эвери.

Он подошел к Олли, который ждал его у внедорожника, а я готова была поклясться, что даже воздух стал холоднее от столь резкой перемены в поведении Кэма. Не нужно было обладать гениальностью или особой интуицией, чтобы догадаться, что Олли задел больное место и Кэм не смог справиться с эмоциями.

Дрожа от холода, я поспешила к своей машине. Лишь только я села за руль, как жирные капли дождя упали на лобовое стекло. Выезжая со стоянки, я поискала их глазами. Они все еще стояли у машины, Олли улыбался, а Кэм что-то говорил, и на лице его было все то же напряженное выражение. О чем бы ни шла речь, разговор явно был не из приятных.

Сама не знаю, как я позволила Кэму уговорить меня ехать на его машине, вместо того чтобы добираться каждому на своей, но субботним вечером, как стемнело, я уже садилась в массивный серебристый внедорожник. На душе было неспокойно еще с вечера пятницы, когда Джейкоб начал доставать меня своей вечеринкой. Они с Бриттани приглашали от всей души, и я хотела пойти, но не могла побороть свой страх. К тому же я не знала, где находится этот дом, было уже поздно, когда он прислал свою первую эсэмэску, и начиналась гроза.

И вот теперь я нервничала, как мышь, запертая в комнате с голодными котами. Как бы неубедительно это ни звучало, но я еще никогда не была в машине с парнем. Черт возьми, мне даже хотелось себя пожалеть. И унести этот маленький секрет в могилу собственной жалости.

Кэм вставил ключ в замок зажигания и повернулся ко мне. Он был в своей любимой бейсболке, надетой козырьком назад. В тени густых ресниц лазурью сверкали его глаза.

– Ну что, погнали?

Плотнее запахнув легкий кардиган, я кивнула. Когда вчера утром мы с Кэмом встретились на астрономии, он вел себя как обычно – шутил, флиртовал, угощал печеньем. Я надеялась, что конфликт с Олли, если он и был, исчерпан.

– Ты уверен, что это нельзя сделать где-то поблизости?

– Место, куда я тебя повезу, идеальное. Положись на меня, милая, я не подведу.

– Хорошо, – пробормотала я, крепко сцепив руки.

Я отвернулась к окну, провожая взглядом кампус.

Мы пересекли мост и въехали в штат Мэриленд, а минут через пятнадцать Кэм свернул на дорогу, ведущую к Национальному полю битвы при Энтитеме [5] . Историк во мне встрепенулся, но мне все равно было жутковато оказаться здесь ночью, наедине с Кэмом. В его поведении не было ничего подозрительного, но кому, как не мне, было знать, что опасные типы обычно выглядят вполне безобидно. Мои нервы были на пределе.

– Ты уверен, что нам можно находиться здесь ночью? – спросила я, оглядываясь вокруг.

– Не-а. – Он заехал на парковку, где стояло всего несколько автомобилей.

Я уставилась на него:

– Что?

Он засмеялся и заглушил двигатель.

– Шучу. Мы просто должны сказать одному из смотрителей, что мы из университета. Они прутся от этого.

Мне оставалось лишь поверить ему на слово. Бегать от охранников по полю битвы совсем не хотелось.

Однако, взглянув на Кэма, я пришла к выводу, что именно это и было у него на уме.

– Готова?

Подняв с пола свою сумку, я открыла дверцу.

– Да, давай уже побыстрее покончим с этим.

Кэм, ухмыльнувшись, достал фонарик из отделения для перчаток.

– Не слышу радости в голосе.

Я улыбнулась в ответ.

– А я и не радуюсь.

– Не ври. – Он обогнул капот и подошел ко мне, показывая на уходящую в небо бетонную башню с красным верхом. – Нам туда.

– Башня на Кровавой тропе?

Он бросил на меня быстрый взгляд.

– Ты бывала здесь раньше?