– Нет.

– Тогда откуда знаешь про Кровавую тропу?

Я усмехнулась и, схватив прядь волос, принялась накручивать ее на палец.

– История – часть моей специализации, и такие места, как это, притягивают меня. Я читала о нем. Самое кровопролитное сражение в истории Гражданской войны проходило на этом крохотном участке проселочной дороги.

– Да, так говорят. Подожди-ка. – Он повернулся в ту сторону, откуда за нами наблюдал смотритель парка. – Я мигом.

Я смотрела, как он бежит через поле навстречу сторожу. Они перекинулись парой слов, а потом Кэм показал ему свою тетрадку. Сторож рассмеялся, и они пожали друг другу руки. Подняв голову к небу, я смогла разглядеть проступающие в темной синеве крошечные огоньки звезд. На поля опускалась ночь.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

Кэм уже вернулся.

– Все, можем идти. И кстати, мы здесь не одни. Там, у башни, еще студенты.

– Круто. – Я старалась идти в ногу с ним, но держала дистанцию. – А почему так много людей приходит сюда наблюдать за звездами? Я уверена, есть места и поближе к кампусу.

– Только не такие. Оглянись вокруг. – Он засунул фонарик в задний карман. – Если не считать тех домов по ту сторону дороги, здесь нет ни городских огней, ни высоток. Только небо.

– И кукурузные поля, – заметила я.

Он кивнул.

– Да, кукурузных полей немало.

Мы ступили на асфальтированный участок тропы и зашагали к башне.

– Как ты думаешь, сколько времени это займет? – спросила я.

– А почему ты спрашиваешь? У тебя что, свидание сегодня ночью?

Я хохотнула.

– О, нет.

Он удивленно поднял брови.

– Ты говоришь так, словно это какая-то бредовая идея. Можно подумать, что никто не ходит на свидания в субботу вечером.

Отпустив прядь волос, я с непринужденным видом пожала плечами.

– Я ни с кем не встречаюсь.

– Тогда зачем спешить?

Признаться в том, что я чувствую себя неловко, было стыдно, поэтому я промолчала.

– Ты боишься, что я привез тебя сюда с какой-то гнусной целью?

Я резко остановилась. Внутри у меня все сжалось.

– Что?

Кэм тоже остановился и повернулся ко мне. На его губах промелькнула улыбка.

– Эй, Эвери, я просто шучу.

Кровь хлынула к моим щекам, и страх отпустил меня, но ему на смену пришло острое чувство собственной ущербности.

– Я знаю. Просто я…

– Трусишь? – подсказал он.

– Да, немного.

Он долго изучал мое лицо, а потом снова зашагал вперед.

– Пошли. Скоро стемнеет.

Семеня за ним, я представила себе, что бегу прямо на деревянный забор и он впивается в меня своими острыми кольями. Господи, мне так не хватало опоры. Умом я понимала, что не все парни такие, как Блейн. Я знала это. Была в этом уверена. Моя беда не убила во мне веру.

У башни, на скамейке возле мемориальных досок с раскрытыми тетрадками на коленях сидели двое студентов с нашего курса астрономии. Они замахали нам, и мы, помахав в ответ, двинулись дальше. Кэм повел меня через просторную автостоянку, а затем свернул в сторону, к заросшему травой холму, с которого открывался вид на Кровавую тропу.

Он выбрал подходящее место и, достав фонарик, уселся на землю. Я остановилась в нескольких шагах от него, вслушиваясь в тихий стрекот сверчков. Земля после вчерашней непогоды просохла, но, даже если бы она была влажной, это не помешало бы мне сесть рядом с ним. Но сначала надо было успокоиться.

– Присоединишься ко мне? – Он похлопал по земле и вопросительно посмотрел на меня. – Пожалуйста, милая. Мне здесь так одиноко.

Закусив губу, я уселась в нескольких шагах от него и сразу же принялась рыться в сумке в поисках тетради по астрономии. Когда я подняла голову, наши глаза встретились. И я уже не могла отвернуться. Его взгляд был обжигающим, пронизывающим. Он как будто видел меня насквозь.

Я кашлянула и уткнулась в свою тетрадку. Наконец Кэм произнес:

– Так какое созвездие мы сегодня ищем?

Он светил мне фонариком, пока я листала свои записи.

– Кажется, Corona Borealis.

– А, Северная Корона.

Я удивилась.

– Ты так с ходу сообразил?

Он засмеялся.

– Может, я и не пишу конспекты, но кое-что запоминаю.

Я была уверена, что вчера он проспал почти всю лекцию. Достав звездную карту, которую выдал нам профессор Драге, я отыскала на ней Северную Корону.

– Ума не приложу, как кто-то умудряется различать контуры созвездий.

– В самом деле? – Он подсел ближе и заглянул мне через плечо. – Это же видно невооруженным глазом.

– Только не мне. Я хочу сказать, что для меня это просто кучка звезд на небе. Каждый увидит то, что ему захочется.

– Посмотри на Borealis. – Он ткнул пальцем в карту. – Ну, чем не корона?

– Ничего общего, – фыркнула я. – Скорее, неровный полукруг.

Он покачал головой.

– Смотри на небо. Вон, видишь, венец? Его образуют семь звезд.