– О. Ладно. – Я не видела её в таком хорошем настроении с тех пор, как ушла сестра.

– Странно, что тебе дали всего один комплект. Будет непросто стирать его каждый раз, ведь у тебя будет много игр.

Казалось, я могла видеть, как работает её мозг, пока она изучала этикетки на форме, наклонив голову.

– Завтра будет собрание, - говоря об этом, я все еще чувствовала себя как-то странно. – Думаю, там мне все и скажут. Сегодня нам выдали только расписание, - добавила я, доставая лист из сумки. Мама подошла, протянув руку к нему, затем быстро пробежала глазами по списку дат.

– Ого, ты теперь будешь сильно занята, - вынесла она свой вердикт. – Но это ничего, мы справимся, как и всегда, правда?

– Ммм… Да.

Это «мы» звучало непривычно для меня, ведь я никогда не состояла ни в одной из школьных команд. Мама, кажется, забыв, что я вообще находилась в комнате, направилась к двери.

– Я повешу это на холодильник, чтобы мы могли знать, когда ты должна быть готова. А завтра вечером, когда тебе всё расскажут, мы съездим в магазин, хорошо? Если, конечно, они не заказывают всё по каталогу, тогда я могу просто выписать тебе чек…

– Я не знаю, - тихо сказала я.

– Ладно, посмотрим. Если что, я напишу чек, и ты сможешь заказать всё, что тебе будет нужно.

– Я не знаю, - повторила я. Живот неприятно заныл.

– Ну хорошо, там увидим, - мама обернулась и помахала мне листком, затем исчезла в коридоре. Я знала, что сейчас она возьмет скотч и прикрепит расписание на холодильник, на то же самое место, где всегда висели расписания тренировок, даты встречи Дискуссионного клуба и расписание занятий в Йеле для Кэсс.

Единственной причиной, по которой я подписалась на всё это, была попытка сделать что-то, что отличило бы меня от сестры. Но в итоге я снова следовала по её пути.

Я посмотрела в окно. Боу и Стюарт готовили обед: он чистил морковь и что-то говорил, она перемешивала что-то в миске большой деревянной ложкой, держа в руке бокал вина. И мне снова, как в детстве, захотелось быть их дочерью, сидеть на их кухне, есть острые бобы, чистить морковь и… просто быть собой.

Однажды, когда мне было восемь, меня отвели к Боу, чтобы она присмотрела за мной. Я взяла куклу Барби и играла, переодевая её для Очень Важного Свидания с Кеном, который валялся рядом, полуобнаженный, ожидая своей очереди нарядиться в синие велюровые брюки.

– Как зовут твою куклу? – спросила тогда Боу.

– Барби, - ответила я.
– Их всех зовут Барби.

– Я знаю, - сказала Боу. – Мне кажется, это скучно, когда у всех одинаковые имена.

Я подумала над этим.

– Тогда её будут звать Сабрина.

– Это очень хорошее имя, - одобрила Боу. Она пекла хлеб тогда, и её пальцы были измазаны в муке. – А чем она занимается?

– Занимается? – переспросила я.

– Да, - Боу на минуту оставила тесто и отряхнула руки. – Что она обычно делает?

– Ну, она гуляет с Кеном.

– А еще?

– Ходит на вечеринки. Занимается шопингом.

– Хм, - Боу кивнула. – А она не работает?

– Ей не нужно работать, - сказала я.

– Почему нет?

– Потому что она Барби.

– Мне неприятно говорить тебе это, Кейтлин, но кто-то ведь должен платить по её счетам, покупать бензин для машины, - весело откликнулась Боу. – Если, конечно, у нее нет большого состояния, доставшегося в наследство.

Я обдумывала это, надевая на Кена штаны. Боу выложила тесто на противень.

– Знаешь, что я думаю, Кейтлин? – её голос был мягкий и дружелюбный, как и всегда, когда она говорила со мной.

– Что?

– Я думаю, что твоя Барби может заниматься шопингом и гулять с Кеном, имея при этом хорошую работу и делая блестящую карьеру, - она открыла духовку и поставила туда противень с хлебом.

– А кем она может работать?

Моя мама не работала и проводила время, ухаживая за домом и участвуя в делах Ассоциации Родителей. Я не могла представить, чтобы Барби, чьим обычным образом было сверкающее платье и туфли на высоких каблуках, убирала дом.

Боу подошла и присела рядом со мной. Она никогда не говорила со мной свысока – во всех смыслах, она старалась быть на моем уровне, садясь рядом на корточки или ложась возле меня на кровати.

– Ну, - начала она, глядя на Кена и его прекрасное телосложение, - Кем ты хочешь быть, когда вырастешь?

Этот момент я помнила очень хорошо: Боу сидит рядом, скрестив ноги, держа в руках Кена, и смотрит на меня, а я думаю о различиях между ней и моей мамой, обычной Барби и моей Сабриной.

– Думаю, - мечтательно сказала я, - я хочу быть рекламным агентом.