Директор Хоторн говорил и говорил, так что мне оставалось лишь терпеливо сидеть на месте и наблюдать за Роджерсоном. Вот он посмотрел на часы. Переступил с ноги на ногу. Провел рукой по волосам. Посмотрел на часы.

– И сейчас, перед всеми учениками и родителями нашей школы, я хочу поблагодарить всех спортсменов и их семьи за прекрасный сезон…

Я уставилась на директора, мысленно приказывая ему заканчивать свою речь, но он едва ли мог услышать мои мысленные просьбы, его голос громко разносился по залу. Рина ткнула меня сзади в плечо. Я обернулась, и она улыбнулась мне, глазами показав на Роджерсона. Я вежливо улыбнулась в ответ.

Директор все никак не умолкал.

– Благодарю вас за вашу работу, за ваш командный дух, за вашу любовь к спорту. Мы очень, очень гордимся вами!

Я закатила глаза и перевела взгляд на Роджерсона… ровно в ту секунду, когда дверь за его спиной закрылась.

– Спасибо вам – и хорошего всем вечера! – и все начали аплодировать, аудитория будто ожила, и спортсмены, болельщицы и их семьи рванули к выходу.

– Кейтлин, дорогая, - позвала мама, - давайте сфотографируемся!

Я застыла на месте, заставив себя улыбнуться. Мама в недоумении посмотрела на камеру в ее руках.

– Хм, почему-то она не работает, - сказала она, и Боу подошла к ней, чтобы посмотреть, в чем дело.

– Крышка объектива, - пояснила я.

– Что? – не поняла мама.

– Нужно снять крышку, - я нетерпеливо выхватила камеру у нее из рук и сняла крышечку.

– Да-а, Маргарет, приятно видеть, как много нового ты узнала на курсах, - рассмеялась Боу.

– Боже мой, - засмеялась мама вслед за ней, - ну, это же я! Со мной постоянно случается что-то такое!

Я кивнула, стараясь скрыть раздражение.

– Ладно, так лучше… Хорошо, Кейлин, внимание. Улыбнись!

Я улыбнулась. С трудом. Мне нужно было идти.

– Хорошая церемония, - Стюарт появился за моей спиной, - такая… Вдохновляющая.

– Покажи нам свой сертификат, - попросила мама. Я протянула ей грамоту, уже и забыв, что держу ее в руках. – Это замечательно! Джек, разве это не замечательно?

Папа, сидевший в нескольких рядах от нее, выглядел уставшим и явно чувствовал себя некомфортно в зеленом галстуке с черными полосками, который я подарила ему несколько лет назад.

– Замечательно, - отозвался он, поправляя узел.

– Мне нужно бежать, мам, - быстро сказала я. – Роджерсон здесь, я поеду домой с ним, хорошо?

– Ой, ну я даже не знаю, - обеспокоенно ответила мама, вопросительно посмотрев на отца. – Я думала, мы поедем домой и отметим это за кофе и десертом…

– Отпусти её, - сказал папа, уже готовый ехать куда угодно, лишь бы не сидеть на месте. – К тому же, мы вполне можем попасть в пробку, так что пусть лучше едет с другом.

– Ну хорошо, - согласилась мама, все еще с надеждой глядя на папу, но он уже искал в кармане ключи от машины. – Но, Кейтлин, постарайся не задерживаться, чтобы мы все вместе могли отпраздновать дома, хорошо?

– Конечно, - закивала я.

– Пойдемте, - позвал папа и первым направился к выходу из зала.

– Очень хорошо, - одобрительно похлопал меня по плечу Стюарт, глазами показав на грамоту в маминых руках. – Мы гордимся тобой, Кейтлин, - он обнял меня за плечи одной рукой, а Боу, за талию, другой.

– Спасибо, - ответила я. Мы вышли из школы, и я заторопилась к Роджерсону.

Его машина стояла у ограждения хоккейного поля. Я постучала в стекло, и он взглянул на меня, затем открыл мне дверь. Забравшись внутрь, я потянулась, чтобы поцеловать его, но он отпрянул, отвернувшись от меня. Радио уже было включено, но в этот раз я не стала менять станцию.

– Что случилось?

– Ничего.

Снаружи снова начался дождь, крупные тяжелые капли падали на стекла машины.

– Мне так жаль, что все это шло так долго. Но я ничего не могла поделать!

– Неважно, - он сжал руками руль, все еще не глядя на меня. – Где ты была сегодня днем?

– Ох, боже мой, - пробормотала я. – Я была с Риной, она… Понимаешь, ей было очень плохо. Она рассталась с Биллом, и на этот раз все действительно серьезно, - я попыталась рассмеяться, но смех вышел нервным и неловко повис в воздухе.

– О, - наконец произнес Роджерсон, - а я долго ждал тебя.

Он смотрел прямо перед собой, на хоккейное поле. Я же видела только капли дождя, стекающие по лобовому стеклу, и размытые пятна света от фонарей.

– Мне жаль, - извиняющимся голосом сказала я. – Она была так расстроена, и я была нужна ей.

– Ладно, неважно, - он выдавил подобие улыбки, наконец посмотрев в мою сторону, и все вроде как было нормально, он как будто бы был готов забыть обо всем. С минуту мы просто сидели молча и смотрели на дождь за окном.