– Не уверен, что это была хорошая идея, – заметил я Сорму, поднимая клинок.

Прямое золотистое лезвие украшали узоры и значки. Оружие не предназначалось для использования человеком – обмотанная цветными ремешками толстая рукоять и непривычный баланс меча мне совсем не понравились.

Заметив, с какой завистью Дэйн посмотрел на трофей, я подмигнул ему и повесил перевязь на пояс. Грашнипурцы игнорировали холодное оружие, собирая только дорогие вещицы вроде генераторов энергетических экранов, энергоблоков и компактных реакторов для их питания. Мзины так и не освоили технологию силовых щитов, поэтому использовали системы, купленные или захваченные у людей.

– Да вы там совсем чокнулись! – засмеялся координатор, постоянно отслеживающий ход операции. – Пустили передачу по всем каналам… Хвостатые совсем озверели!

Сорм безразлично пожал плечами, пряча трофей в прозрачный мешок, – уродливое лицо гиганта выражало удовлетворение. Вероятно, наемник собирался пожертвовать голову святилищу Хадеша – эти сектанты коллекционировали такие трофеи. Я подумал, что у верзилы и кошек много общего – некоторые мзины тоже поклонялись воплощению Разрушителя, называя его Шрак-Хатом.

Вохлик кивнул, когда лидер грашнипурцев разделил имущество на две части – нашему отряду достались три комплекта силовой защиты и два десятка больших энергоблоков. Упаковав добычу, наемники двинулись вперед, переступая через тела кошек и их разбросанное оружие – в основном импульсники. Хасс задержался, положив на платформу массивную ракетную установку и зарядный блок к ней. А командир забросил туда еще и несколько хвостатых покойников, чьи костюмы более-менее сохранились.

Возиться с остальными трофеями остались двое грашнипурцев, но, по моему мнению, брать там больше нечего: оружие кошек людям не подходило. Шата успела доставить раненого бойца к абордажному боту, засунув в медкапсулу, и заодно выгрузила собранное барахло. Мне хватило одного взгляда на скаф Абу для того, чтобы понять: восстановление затянется. Костюм задержал большую часть поражающих элементов, но сейчас представлял собой жалкое зрелище.

Я периодически останавливался и обшаривал окрестности своим даром – нарваться на засаду разъяренных хвостатых совсем не хотелось. Враги спешили убраться с нашего пути, однако я обнаружил одинокую отметку, которая не двигалась. Странное поведение мзина удивило меня. Остальные кошки ощущались где-то на периферии восприятия, а этот мзин находился совсем рядом и не собирался бежать.

– Предлагаю отловить этого и хорошо расспросить на предмет ценностей и всего остального, – заявил я, остановившись рядом с заблокированным люком. Именно там прятался одинокий хвостатый, почему-то не рвавшийся умереть, как воин.

– Я займусь им! – ощерился верзила, нашаривая свой топорик.

– Ну конечно! Выйдет, как в прошлый раз, то есть переговоры с нулевым результатом. Поэтому на этот раз будет действовать могучий псион и опытный боец Гарт! – заявил я и добавил специально для новичка: – Это я, если кто не понял. К тому же у меня изучен второй ранг базы «Ксенология», что должно способствовать общению.

– «Ксенология»… – тупо повторил слонопоклонник. – Это как сдирать с нелюдей шкуру, что ли?

– Что-то типа того, – буркнул я, забирая у Шаты резак.

Срубив запорный механизм, я осторожно протиснулся в проем, обнаружив узкую шахту с идущими по вогнутым стенам скобами. Похоже, какой-то технический проход для дроидов, а может быть – кошачий вариант карцера. Иначе как объяснить тот факт, что дверь запиралась снаружи?

Вохлик кивнул, наблюдая за грашнипурцами, – они времени не теряли. Наемники умело вскрывали ящики в соседних помещениях, но ничего интересного там не нашлось. Зато арварских пищевых рационов, изготовленных две сотни лет назад, обнаружилось огромное количество – видимо, нам повезло добраться до складов провизии.

Дэйн сунулся следом, и я, поворчав, приказал ему держаться за спиной и не рыпаться – дескать, учитель сам планирует разобраться с мзином. Подумалось, что у наемников какая-то иррациональная ненависть к нелюдям. Я же придерживался более широких взглядов – с теми, кто не собирается стрелять, следовало хотя бы поговорить.

Добравшись до технического помещения с рядами распределительных устройств и силовых кабелей, я обнаружил кота. Сначала мне показалось, что детеныш уселся на деактивированного дроида. Этот мзин имел радикально черный цвет шерсти – он не шевелился, и я осторожно потыкал нелюдя стволом штурмового комплекса.

– Э-э-э… – опешил я, когда мзин рывком поднялся.

Оказалось, что ниже пояса тот похож на робота. То есть вместо нижних лап у кота – две массивные ходули с коленками, сгибающимися назад. А хвоста у него и вовсе не оказалось – в общем, странное зрелище. Я уже встречался с механистами – людьми, целенаправленно заменяющими части своего тела имплантами. Но увидеть мзина, повернутого на этой религии, не ожидал.

– Человека? – муркнул кот, но даже не попытался воспользоваться легким импульсником, что висел в креплениях на металлическом бедре.