Ну а после атомной, если бы появились уродцы, со своими представ/лениями/ о нормах?

Не будь человека, трагедия мироздания протекала бы перед пустым залом (кто сказал?)

«Деспотизм производит войну, и война поддерживает деспотизм. Те, к/отор/ые хотят бороться с войной, должны бороться только с деспотизмом» (Толстой).

Правота — неправотой, если кто-то и сегодня рад на вселенском пожаре изготовить себе яичницу.

«В конечном счете, сейчас всё зависит от того, чтобы человечество осознало: есть одна цель, один общий враг, угрожающий человечеству — ядерное оружие» Е. П. Велихов.

(17 мая 83 г.) На всесоюз/ной/ конфер/енции/ ученых.

Убийца Пушкина. Ну, а Толстого? А Бетховена! И… Кто? Да тот, что сбросит ее, бомбу. Сколько раз, бесчисленно он — Дантес!

…Нужно, необходимо усилие, чтобы принять в себя всю правду, к/отор/ая уже не позволит жить прежними представл/ениями/, поступками. Видимо, нужна работа, направленная на каждый соц/иальный/ и профес/сиональный/ уровень, а не вообще. По-др/угому/ надо гов/орить/ с учеными, по-иному с писателями и т. д. С массой улицы.

А для этого, — как можно больше людей из различных социал/ьных/, проф/ессиональных/ и пр. групп вовлекать в активное движ/ение/, начатое, напр/имер/, врачами.

Врачи сказали — не только врачам, но и всем. Но своим языком — о последней эпидемии. Физики, да, Велихов, особенно. Писатели: Ананьев, Ким, Айтматов… Философы: Арбатов, Карякин. Публиц/исты/: Федор Бурлацкий и т. д.

Африканцам рассказать, что «атомная зима» — это Заполярье в Мозамбике.

На 30 градусов холоднее станет на Земле — атомная зима!

…На каждого смотрели: этот «стоит» 3 млн., этот — 1 млрд, и т. д. жертв. Геринг, Кальтенбруннер и т. д.

И ведь каждая бомба — это К/альтенбру ннер/, это Геббельс, это — Гиммлер. И вот демократ/ические/ страны будто бы держат каждая на складе, на будущее — Гиммлера, Геринга, Гитлера.

Бомба = фашизм.

Парадокс: заинтересованность противника, чтобы и у тебя была электроника надежная, а иначе — момент случайного срыва усиливается и — начнется. Так что запрет на электронику может сработать и против самого Запада (!).

В «Литгазете» от 14 марта Артур Миллер [американский драматург] о фильме Эй-би-си «День спустя»:

«Обнадеживает, что его все-таки показали. Американцы поняли, что ядерная война — не обычная война. Правда, меня удивил весь этот наш ажиотаж. Какой, они полагали, такая война может быть? Значит, не очень-то много об этом думали».

Никто на свете не знает, сколько времени (какого) осталось… Кроме, возможно, того, кто уже нацелил, устремил палец к кнопке!

20.3.84 г.

Что бы ответил Карпову [144] и той братии.

— Для вас пацифизм, пацифист — ругательство. А между тем Л. Толстой, Б. Шоу и многие гордились, называя себя так. Что, они не учитывают, что войны бывают «справедливые»? Бывали. Сегодня, когда любая, может повлечь вон что — о какой «справедливости» речь? Да, армия, да, не получается односторонне разоружиться, надо кому-то служить в армии. Ну тогда хотя бы вы, пи-и-сатели (!) смотрели бы чуть вперед. Когда это слово, понятие станет синонимом вообще человека. Будет ведь, когда «не пацифист» равно: выродок, дикарь, монстр!

14.4.84 г.

Женщины Гринэм-Коммона [145] плачут, а мимо проносятся огром/ные/ грузовики: остановить не удалось. Ват они — первые настоящие люди смертного человечества.

16.4.84г

Да, но тот фашизм конечен был, даже победи он. См, Князев [146] — о столетиях.

Этот?.. Что в бомбе? Когда в Л/енингра/де вымирали семьями, знали кто-то живет. Даже в облике врага — жить будет род человсч/еский/. А там — всё образуется.

Здесь — нуль. Если фашизм (бомба) выстрелит Вся энергия не на потом, а на — сейчас. Не дать к этому прийти…

Как люди познают свою смерть по частям лишь: такая она неохватная.

Вначале радиацию «не замечали», потом — озонную проблему; только в последнее время стали замечать «атомную зиму», Действ/ительно/, не вмещается в поле зрения человека колосс-смерть, нами созданный для самих себя! Кто — нос, кто — хобот; кто — ногу, кто — брюхо!

Что же в наших-то условиях, возможно, сделать можно?