– Поцелуй меня. По-настоящему.

Я знаю, что не должна этого делать. Хотя бы из заботы о собственном сердце, которое вот вообще ни разу не каменное. Но он такой забавный с этими растрепанными косичками во все стороны, а у меня рука плохо двигается... Так что это даже и не эротично совсем. Тянусь к нему через столик, но в последний момент замираю, осознав, что делаю... Между нашими телами стол, между нашими губами три сантиметра.

– Ася... поцелуй меня... пожалуйста...

Шепот дрожью отзывается в позвоночнике. Ему ничего не стоит самому прижаться к моим губам, но, видимо, важно, чтобы я сама... 'Что же я делаю', - мелькает последняя мысль, и я толкаю свое тело вперед, стирая эти три сантиметра пустоты между нами. Вдох. Мне кажется, что Сей замер от неожиданности. Не верил? По крайней мере, первые робкие прикосновения остаются без какой-либо реакции с его стороны... Я же не могу допустить, чтобы меня игнорировали! Настойчиво прикусываю нижнюю губу... И сразу оказываюсь в объятиях, затылок зафиксирован властной рукой, мои губы нежат, ласкают, выцеловывают так упоенно и сладко, что остановить это совершенно невозможно. Не хочу, не в силах сопротивляться. Мне так хорошо! С трудом выбираюсь из притягательного плена, кладу ему ладонь на губы, чтобы остановился хоть на минуту.

– Сей, - я хочу сказать о том, что нам нужно прекратить, но... поинмаю, что все еще стою крепко прижатая к его телу, а всего пять минут назад между нами был стол с раскиданными нардами.
– А где стол?

– Я его телепортировал... куда-то. Не помню куда, - он ворчит под моей ладонью, щекоча горячим дыханием.

– Сей, пожалуйста, мы не должны целоваться. Так нельзя. У тебя есть невеста, и для меня недопустимо...

– Ася!

Он смотрит огромными глазами, и я невольно останавливаю свой длинный и очень разумный монолог.

– Что?

У эльфа такой несчастный вид. Виноватый почему-то.

– А ты совсем-совсем новостями не интересуешься?

– Совсем. Я чего-то не знаю?

– У меня нет невесты. Я разорвал помолвку...

Вот так. И... что мне теперь сказать?

– Хм... Зачем?

– Не зачем. Почему. Потому что ты отказывалась целоваться. Потому что иначе у меня не было бы шанса...

От его тихого голоса у меня опять мурашки бегают. Что он такое говорит! Это же нелогично!

– Но ведь я все равно через неделю-две домой отправлюсь. Зачем же ты себе проблемы создаешь, репутацию подставляешь и все такое! Я уеду, а ты будешь жить, как раньше...

Сей удивительно спокойно реагирует. Улыбается неожиданно тепло, смотрит с... нежностью?

– Ася, мне семьдесят три года. Семьдесят четыре через месяц. Я сам отвечаю за свои поступки. Мне точно нужно, чтобы эту одну... или две недели я имел право обнимать твои плечи и целовать тебя перед сном. В твоих глазах имел право. И в своих. Понимаешь? Я не женюсь на Лори, даже если больше никогда тебя не увижу. Не смогу. Потому что уже знаю, что бывает по-другому. И мне не нужно меньшее.

Ой, мамочки. Как-то я не готова к таким признаниям. Точно не готова. Эээ... что делать...

– Сей... я не знаю, что сказать...

– А ты ничего не говори.

– Но у нас ведь нет будущего...

– Это не важно. Мы можем быть вместе столько времени, сколько у нас есть. Ты... хочешь быть... со мной?

– Не знаю. Телом хочу. А душу рвет. И в голове куча сомнений.

– Что ж... на моей стороне тело и половинка души. Это уже немало! Пойдем в постель целоваться? Только целоваться, честно!

– Я не хочу. То есть хочу, но не буду.

– Почему? Я же чувствую, что тебя тоже ко мне тянет...

– Потому что месяц назад все было по-другому. Я не боялась... Ничего не боялась. А сейчас я думаю только о том, как дожить до того дня, когда меня отправят домой. Буквально дожить и не умереть. По дочке скучаю. Про здешних клиентов беспокоюсь - успею ли помочь тем, кого веду сейчас. Что с клубом делать, надо ли какую-то компенсацию посетителям выплатить... И, вообще, послезавтра день рождения, что готовить, кого звать и как развлекать гостей?.. Роман с тобой не вписывается в ближайшие планы...

Во время моей эмоциональной тирады Сейшей делает вид, что очень внимательно слушает, а сам целует пальчики левой руки. Поэтому ближе к концу громкость голоса снижается, напор ослабевает... И фраза про 'роман, который не вписывается' получается как-то жалобно-просительно.

– Ася, ты себя накручиваешь, - меня подхватывают на руки и несут наверх, по дороге разруливая часть моих сомнений.
– Давай вместе подумаем. Про Брайона - завтра после водопада печать полностью восстановится, и я смогу переключиться на охоту. Поверь, я его поймаю в ближайшие дни - в этот раз дело стало слишком личным. Дочку ты увидишь уже очень скоро, ведь главное, как я понимаю, ты уже сделала. Компенсаций никаких не надо, никто не связывает землетрясения с тобой лично, да и посетители у тебя собирались не бедные. Что касается остальных клиентов... Если хочешь, оставайся здесь подольше, успеешь помочь большему числу людей... И у нас будет больше времени... В общем, этот вопрос в твоих руках. Кого ты хочешь пригласить на день рождения?

Мы как раз дошли до ванной, Сей включает набираться воду и разворачивает меня к себе спиной, медленно, едва касаясь снимает платье, отвлекая мой мозг разговорами.

– Коллину с Карреном, Миха, Тианку, Рейвена, Миирин... тебя, Миахольда.

– Очень хорошо, - целует обнаженное плечо, расстегивает бюстик. Тянет трусики вниз.
– Ты хочешь сама готовить, или заказать в ресторане? Я заметил, что ты любишь угощать друзей...

Переступаю трусики, послушно разворачиваюсь лицом.

– Да, лучше самой. То есть нужно будет на рынок сходить, закупиться. Поможешь выбрать алкоголь?