— Милый, где ты был? Я искала тебя.

— Зачем?

— Соскучилась.

Евгений покраснел. Этой ночью — он сам не знал, как так получилось — они занялись сексом. Эвелине все-таки удалось его возбудить. После этого пытался найти себе оправдание: спят в одной постели, она — красивая женщина, но сейчас он еще больше ругал себя за слабость. Сегодня оказалось, что он женат, у него есть подруга и теперь еще и Эвелина, выдававшая себя за его вторую половину. Евгений неловко отстранился, стараясь не коснуться ее.

— Мне надо идти. Скоро ужин.

— Хорошо, я провожу тебя, — если она и обиделась, то не подала виду и бодро застучала каблучками рядом. — У меня хорошая новость. Пока мы вынуждены остаться в центре, мне предложили работу. У Караева секретарша в отпуск уходит, надо ее заменить. — Евгений остановился от удивления.

— Ты будешь работать у Караева?

— Да, а почему тебя это удивляет?

— Это немного странно.

— Ничего странного. Руководство решило, что до тех пор, пока ты не адаптируешься и тебе не выправят новые документы, нас в город не выпустят. Так что придется работать здесь. Я хорошо знаю компьютер и могу оказаться полезной.

— Интересно, какое они имеют право держать меня здесь насильно? А если я захочу уйти?

— Они действуют в твоих же интересах. Тебе лучше послушаться.

Лычкин разозлился. В моих интересах. Как бы ни так?! Стерли, как только подошел слишком близко к правде. Ладно, я выведу их на чистую воду. Как это сделать, Лычкин пока не знал. Если организация действует при поддержке правительства, борьба почти бессмысленна. Но должен же быть какой-то выход. Присутствие Макса вселяло надежду. Вдвоем, это уже не в одиночку, что-нибудь придумается.

— Я иду в библиотеку, — мягко сказала Эвелина, взяв его под руку. — Не хочешь взять что-нибудь почитать?

Евгений высвободился, посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты можешь понять, что меня бесит то, что я помню содержание книг, которые читал, и ничего не помню о себе?

Эвелина опустила глаза. То, что произошло с Лычкиным, произошло по ее вине. Как она могла так поступить? Если бы знать, что он будет так страдать…

Эвелина отправляла факс, когда в приемной Караева появился высокий мужчина с седыми волосами, разделенными на прямой пробор. Увидев ее, посетитель кашлянул, словно поперхнулся воздухом и сделал шаг назад, как будто собирался захлопнуть дверь. Удивленная такой реакцией Эвелина забыла поздороваться.

— Константин Борисович у себя? — выдавил, наконец, посетитель, глядя мимо нее.

— Вам назначено? — спросила она ровным голосом.

Незнакомец кивнул, переступая с ноги на ногу, явно желая оказаться подальше от этого места.

— Как вас представить?

На лице еще большее изумление, даже кашлянул, потом произнес глухим голосом.

— Верстаков Игорь Андреевич.

Быстрый взгляд на нее, словно ожидал, что его фамилия о чем-нибудь ей напомнит. Эвелина еще раз посмотрела на посетителя, отметила дорогой костюм в полоску, рубашку в тон и аккуратно завязанный узел галстука, потом сняла трубку телефона.

— Константин Борисович, к вам пришел Верстаков Игорь Андреевич.

Караев удовлетворенно потер руки. Он предвкушал появление Верстакова. Сейчас депутат ворвется в кабинет с перекошенным лицом и спросит, как здесь оказалась Эвелина. Константин улыбнулся. И тогда он объяснит этому сукину сыну, этому развратнику и сластолюбцу, не желающему оплачивать его услуги, что он решил использовать ее в качестве секретарши.

Верстаков выглядел бледным, когда, забыв поздороваться, он опустился в кресло и упавшим голосом спросил:

— Что все это значит?

— Вы о чем? — Караев был сама любезность. — Может быть, кофе или… чего покрепче?

— Я спрашиваю, что здесь делает Эвелина?

— Работает, — Караев сложил руки и удобно откинулся на спинку кресла. — Моя секретарша заболела, вот я и попросил ее кое-что напечатать.

— Но ведь вы же говорили, что отправите ее… — Верстаков замолчал, жалея, что поверил на слово. Попал к Караеву по рекомендации. Думал, что тот сделает все на совесть.

— Я ее пожалел, — улыбнулся директор. — Сами подумайте, такую красавицу и умницу запрятать в дурку до конца дней своих, только из-за того, что вы с ней заскучали. Не слишком ли жестоко?

— Я заплатил тебе! — прошипел Верстаков.

— За Эвелину — да, — усмехнулся Караев. — Но вы не заплатили еще за двух людей, с которыми я работал. Помните?

Игорь Андреевич вздохнул, ругая себя за неосторожность. После Эвелины отправил сюда любовницу, которая желала непременно выйти за него замуж и еще одного подонка, угрожавшего развалить бизнес.