Я попыталась осмыслить все то, что он только что сказал, и мой разум зацепился за одну деталь — имя Трент. Я оглянулась через плечо на ублюдка, который гладил меня по бедру и спросила:

— Трент Майлз?

Он послал мне ухмылку.

— Во плоти, сучка.

— Ты должен быть мертв! Дэмиен убил тебя! — выкрикнула я, брыкаясь в руках Трента.

Сидевший на другом конце стола Марко рассмеялся.

— Нет, Дэмиен попал ему в плечо, однако Райдеру я сказал, что это было сердце. Я не мог потерять этих мальчиков, не после того, как мы с их отцом на протяжении всей их жизни готовили братьев к тому, чтобы вступить в дело. Поэтому, когда у меня появилась возможность все же удержать их, я схватился за неё обеими руками.

Я посмотрела на него с отвращением.

— Вы притворились, что ваш племянник мертв, чтобы заставить братьев работать на вас?

Марко ухмыльнулся.

— Гениально, не правда ли? Братья Слэйтер до слепоты верны друг другу и ради безопасности одного из своих братьев готовы пойти на все, поэтому, подвергнув угрозе жизнь Дэмиена, я получил их жизни взамен. Эта семья принадлежит мне.

Я покачала головой.

— Они хотят выйти из дела. Доминик сказал, что они разрывают с вами все связи!

Марко фыркнул.

— Да, это же он сказал и мне, но меня не очень радует мысль, что мои лучшие мальчики хотят бросить меня. Каждый из них приносил мне существенный доход, а я очень люблю свои деньги, поэтому вместо того, чтобы завершить их контракты, мы просто их продлим.

Я чувствовала себя так, словно меня вот-вот стошнит.

— Вы больше не можете заставлять их работать на вас. Трент жив. Вы шантажировали их тем, чего на самом деле не существует!

Марко залился смехом.

— Это была иллюзия. На самом деле я шантажировал их тем, что они могли стать причиной смерти своего брата, и сейчас они по-прежнему находятся в моих руках... только теперь умереть уже можешь ты, но, я уверен, такой расклад окажется не менее эффективным.

Он был гребаным психом!

— Вам это так просто с рук не сойдет! — огрызнулась я.

Трент схватил меня за волосы, рассмеявшись.

— Уже сошло, — сказал он, а затем я почувствовала удар по затылку, после чего меня мгновенно поглотила темнота.

***

Очнулась я оттого, что кто-то позвал меня по имени. Я простонала, но ничего не ответила. Голова гудела от боли, и единственное, чего мне хотелось, это спать до тех пор, пока эта боль не пройдет, вот только тот, кто звал меня, все равно не позволил бы этому случиться.

— Что? — промычала я.

— Би? Очнись, пожалуйста.

Снова простонав, я разлепила глаза и обнаружила, что была не в своей комнате. Я резко подскочила, голову пронзила острая боль, поэтому я приложила к ней ладонь, а когда убрала руку, на ней оказалось немного свежей крови.

Что за хрень?

— Что произошло? — спросила я и огляделась по сторонам.

Почувствовав, как рука обвилась вокруг моей талии, я испуганно дернулась, а затем обернулась, чтобы посмотреть, кто обнял меня, и из моей груди вырвался шокированный вздох. Я знала, что это был Дэмиен, но его лицо было настолько распухшим и ушибленным, что его с трудом можно было узнать.

— Дэмиен, — всхлипнула я и обернула вокруг него руки. Он поморщился, но все равно тоже обнял меня в ответ.

— Ты в порядке? — дрожащим голосом спросила я, наконец отстранившись от него.

Он кивнул, после чего я убрала волосы с его лица и поцеловала в лоб.

— Все будет хорошо, я обещаю.

Он крепче прижал меня к себе.

— Знаю.

Я посмотрела на него, и слезы заструились у меня по лицу.

— Прости меня за все, что я тебе наговорила. Конечно, ты по-прежнему мудак, но то, что я сказала, было неправильно.

Дэмиен рассмеялся, но улыбнуться его опухшее лицо ему не позволило.

— Заткнись, Би, ты была права насчет всего того, что сказала. И я отреагировал так на твои слова только лишь потому, что знал, что это было правдой, и мне самому стало от этого тошно. Я никогда не хотел стать таким, какими были родители, но все же стал, и все то дерьмо, что я делал, лишь доказывает это. — (Я нахмурилась). — Я не задавался целью разбивать сердца, на самом деле я вообще не хотел иметь хоть какое-то дело с сердцами, но некоторые девчонки просто привязываются ко мне. Клянусь, у меня никогда и мысли такой не было, чтобы сделать больно Аланне. Знаю, я говорю сейчас как мудак. Я и есть мудак, но в тот момент я не мог ничего поделать, мне просто хотелось быть с ней. Она другая.