— Все будет хорошо, Би, он придет за нами, — прошептал Дэмиен, оставив поцелуй на моей саднящей макушке.

Я знала, что он говорил о Доминике, и молилась, чтобы он оказался прав. Если Доминик не появится здесь в скором времени, то все вряд ли закончится очень хорошо. Сомневаюсь, что Марко удерживал нас в заложниках, просто чтобы поболтать о прошлом парней.

— Ты трахаешь девчонку своего брата, Ди? Было бы просто охренительно, будь это правдой, — произнес Трент и рассмеялся.

Дэмиен крепче обнял меня.

— Нет, не трахаю.

Я посмотрела на Трента, когда он снова рассмеялся и сказал:

— Как всегда встаешь на защиту слабого пола. Благодаря этой своей черте ты всегда плавал в кисках, пока мы были детьми. Рад видеть, что ничего не изменилось.

Меня переполнило отвращение, когда Трент кивнул в мою сторону, как если бы единственной причиной, по которой Дэмиен пытался защитить меня, было то, что он хотел со мной переспать.

— Он хороший человек ты, хренов урод. Ему не нужна причина, чтобы защищать кого-то! — огрызнулась я, а затем разразилась кашлем, потому что горло убийственно болело, и голос уже успел охрипнуть.

Трент щелкнул на меня зубами.

— Скажи «хренов» ещё раз, крошка. Твой акцент просто сводит меня с ума.

Я скривила губы в отвращении.

— Ты злобное создание.

Трент послал мне ухмылку.

— Ты ещё ничего не видела, малышка. Посмотрим, какими словами ты будешь называть меня после того, как я по полной оттрахаю этот остроумный ротик.

Мой желудок перевернулся, в то время как Дэмиен резко вскочил на ноги, утянув меня следом за собой.

— Дотронешься до неё — и я убью тебя по-настоящему на этот раз!

Трент перевел взгляд с меня на Дэмиена, и выражение на его лице стало жестче.

— Ох, я буду до неё дотрагиваться; кажется, во мне живет потребность трахать сучек братьев Слэйтер. Нала была бойцом, но, готов поспорить, с маленькой ирландочкой я чертовски весело проведу время.

Мои глаза в ужасе расширились, и не потому, что он сказал, будто собирается изнасиловать меня, а из-за того, что он признался в изнасиловании Налы. Дэмиен мгновенно застыл, поэтому я придвинулась к нему и крепко его обняла, в то время как он перевел взгляд на Марко, который наблюдал за разыгрывающейся перед ним сценой с веселым выражением на лице.

— Ты сказал, что убил её, — прорычал Дэмиен на Марко.

Марко покачал головой.

— Я никогда не говорил этого. Я сказал, что не мог позволить ей покинуть дом живой. Она действительно умерла в тот день, но не от моей руки; это была его рука.

Я всхлипнула, когда Марко кивнул на ухмыляющегося Трента, который смотрел на Дэмиена с таким самодовольством, что я физически почувствовала себя плохо.

— Я знал, что ты любил её, и после того, как она отвергла меня, как я мог ещё лучше отомстить за то, что ты почти убил меня? Убить твое сердце, конечно же. Кстати говоря, она кричала так громко, что мне захотелось пристрелить её даже раньше, чем я закончил её трахать, хотя я этого не сделал. Я кончил во все её дырки, после чего вынес ей мозг, буквально.

Я даже не пыталась удержать Дэмиена, когда он вырвался из моих рук и бросился на Трента. Никому не удалось помешать ему на этот раз. Он врезался в Трента и повалил их обоих на землю. Если бы только его волосы были темными, то я могла бы поклясться, что наблюдала за тем, как Доминик надирал кому-то зад, потому что в тот момент Дэмиен наносил удары точно так же, как он.

Дэмиен успел сделать пять или шесть ударов, прежде чем вмешались люди Марко и оттащили его от Трента.

— Она была на десятой неделе беременности! — выкрикнул Дэмиен, пытаясь вырваться из рук мужчин и снова броситься на Трента.

Я прикрыла рот ладонью и позволила слезам, что наворачивались на глаза, побежать по щекам. Дэмиен испустил мужественный рев, разбивший мне сердце, пока я плакала по нему и Нале.

Она была беременна, когда её изнасиловали и убили?

О, боже мой!

— Я прикончу тебя за это! — поклялся Дэмиен Тренту, который поднимался с пола и вытирал кровь с носа и губы.

Трент посмотрел на Дэмиена и улыбнулся, причем эта улыбка была настолько злобной, что у меня пробежали мурашки.

— Так что, выходит, я убил твою суку и твоего ребенка? Вот черт, два зайца одним ударом или, точнее, одним выстрелом в нашем случае.

Дэмиен зарычал и попытался вырваться из рук мужчины, который удерживал его, но не смог. Меня же никто не держал или вообще обращал на меня хоть какое-нибудь внимание, поэтому, испытывая гнев и печаль за Налу, я бросилась на Трента и, вцепившись ногтями ему в лицо, начала царапать его изо всех сил, которые только во мне были. Трент заорал как сумасшедший и отпихнул меня от себя так, что я упала на пол, однако было уже слишком поздно. Я уже истерзала его лицо глубокими порезами и царапинами, после которых обязательно останутся шрамы, сколько бы швов ему не наложили.