Дани с трудом поднялась на ноги. Дрожащими руками она оправила на себе одежду и выпалила:

– Не будь ребенком, Маркус. Я не хотела, чтобы так вышло.

Маркиз промолчал и тоже поднялся. Посмотрев в ту сторону, где исчез всадник, он перешел дорогу и тут же вернулся с ее одеждой и сапогами. Молча выхватив все это из его рук, Дани исчезла в лесу.

Она спряталась за толстым стволом дерева и с удовольствием стащила с себя мокрую, грязную сорочку и столь же мокрые штаны – к одежде было даже противно прикасаться. Она ни за что не наденет это снова.

Порывшись в мешке, Дани вытащила запасное платье. Конечно, без нижнего белья будет неудобно, – но уж лучше так, чем в мокром и грязном. Она быстро надела платье, а вот с короткими сапожками все оказалось сложнее, так как кожа стала ужасно жесткой. Но ничего не поделаешь – другой обуви у нее не имелось.

Закончив одеваться, Дани вздохнула с облегчением. Слава богу, что она осталась в живых! Вернувшись к Маркусу, она поблагодарила его, а тот в ответ пробурчал:

– Нам нужно последовать за всадником. Эта дорога должна привести нас к дому или постоялому двору.

– Или, возможно, в лагерь грабителей?..

Молча кивнув, маркиз стремительно зашагал по дороге. Выбиваясь из сил, Дани старалась поспевать за ним; разбитые ноги ныли и болели, но она твердо решила не просить Маркуса идти помедленнее и не ругаться с ним. Чтобы спасти Джинни, следовало сохранять с ним нормальные отношения.

Идти по дороге было гораздо легче, чем по лесу, да и Маркус вскоре замедлил шаг. Но они по-прежнему не разговаривали и не смотрели друг на друга.

Что ж, именно этого она и хотела. И, разумеется, забыла об этом.

– Маркус, спасибо тебе. За то, что спас меня и принес одежду.

Глянув через плечо, маркиз проворчал:

– Теперь мы в расчете. Ты помогла мне ночью.

Дани промолчала – не хотелось вспоминать о моментах близости. Но не спросить о здоровье было бы невежливо:

– Ты выглядишь намного лучше. Как твоя лихорадка?

– Со мной все будет в порядке.

– Ты уверен? – На лице Дани появилось выражение озабоченности. Ей казалось, что маркиз что-то от нее скрывает. – У тебя был ужасный жар и судороги. Может, нам стоит еще отдохнуть, прежде чем…

– Я же сказал: я в порядке! – прорычал Маркус и снова пошел быстрее.

Дани вздохнула и поспешила за ним. И вновь воцарилось тягостное молчание, Дани хотела знать, что движет этим человеком. Хотела побольше разведать о его прошлом, которое частично открылось в его лихорадочном бреду. Почему он считал, что должен спасти сестру? И если причина была важной, то она, Дани, возможно, простила бы ему отвратительное с ней обхождение и шантаж. Но простить его за Джинни она никак не могла. Ведь жизнь Джинни, скорее всего, разрушена, – и кто захочет жениться на женщине, которая провела несколько дней в лагере разбойников? Вина же за произошедшее – полностью на нем.

И именно он виноват в том, что произошло сегодня утром. Он все это начал. Хотя она, безусловно, не жалеет, что поцеловала его в ответ. Этот поцелуй доставил ей огромное удовольствие. А лежать в его объятиях… О, как это изумительно! Теперь-то она начинала понимать, что заставило Аннабель отвернуться от собственной семьи и лондонского общества и выбрать жизнь с Ху. Подобная страсть была величайшим из искушений. И она очень надеялась, что и у них с графом Хемзуэртом со временем возникнет нечто подобное. Надо только стараться – и искра вспыхнет.

– Я предлагаю забыть обо всем и сосредоточиться на возвращении Джинни. Что скажешь, малышка?

Подняв голову, Дани встретила улыбку Маркуса, и сердце ее гулко забилось в груди. Эта его улыбка, пусть и едва заметная, была долгожданной оливковой ветвью. Она кивнула и улыбнулась в ответ.

– Согласна.

Несколько минут тишину нарушало лишь шарканье сапог. Затем Маркус продолжил разговор:

– Ты действительно помогаешь сбегать только людям с «настоящей любовью»?

Дани в изумлении заморгала. И вдруг почувствовала, что ответ на этот вопрос очень важен для Маркуса. Решив подразнить, она с улыбкой сказала:

– Если спрашиваешь, первый ли ты охотник за приданым, которому я помогаю, то да, ты первый.

Он с подозрением на нее посмотрел, потом, снова улыбнувшись, попросил:

– Расскажи о своей… деятельности.

«Может, не стоит ему доверять?» – подумала Дани. Может, и не стоило, но она не хотела, чтобы он считал ее мошенницей. Дани надеялась, что заставит его понять, насколько важна любовь для брака. Любовь важнее всего! И если он поймет, то поймет и другое: Джинни должна вернуться домой без мужа.