«Ты – развратный ублюдок, – сообщил он себе. – Ты просто не в состоянии ее ненавидеть, и в этом-то и заключается проблема».

Джейн почувствовала, что граф смягчился. И преисполнилась решимости изменить его мысли, заставить его забыть о проступке, сделать его счастливым. Джейн знала, что это в ее силах. Если бы он только позволил ей любить его!

– Посмотрите! Правда, они прекрасны?

Граф посмотрел на двух всадников на великолепных породистых лошадях; дама, сидящая боком, являла собой изумительное зрелище. Ее платье переливалось пурпуром. И леди, и ее кавалер были отличными наездниками, они мчались через парк легким галопом. На аллеях виднелись и другие верховые, а также легкие коляски, парные экипажи, несколько пешеходов.

– Сейчас можно ездить в Гайд-парк перед чаем, – бросил граф.

– Похоже, это довольно весело, – задумчиво произнесла Джейн.

Граф искоса глянул на девушку и увидел, что на ее лице написано искреннее любопытство. Почувствовав его взгляд, Джейн улыбнулась ему; он отвернулся. Но призадумался. Девушка была дочерью актрисы, она выросла за кулисами лондонских театров. Каким было ее детство? Ее манеры были безупречны, да… но графу вдруг пришло в голову, что она совсем не знала развлечений, принятых в высшем обществе, потому что не была вхожа в свет. И тут он понял, что сочувствует Джейн и тревожится за нее.

Портниха ждала их. Ник прежде всего объяснил, что девушка – его подопечная, что она внучка покойного лорда Вестона, герцога Кларендонского. И ей нужен полный гардероб: шелковые и бархатные амазонки, атласные платья для чая, вечерние туалеты из бархата и парчи и так далее.

– Но турнюры должны быть небольшими, – поспешил добавить он, зная, что в пышном турнюре Джейн при ее худощавой фигурке будет выглядеть глупо.

Не доверяя Джейн после того, как она потерпела фиаско, появившись в ужасающем платье своей матери, Ник сам выбирал ткани для ее нарядов – в то время как Джейн следила за ним широко раскрытыми глазами.

– Это и вот это, – говорил он, показывая на отрезы бледно-голубого и мятно-зеленого шелка. – Для вечернего туалета – серебристое. Вот этот розовый и вот этот. – Он бросил взгляд на Джейн. – Думаю, вы вполне можете носить изумрудный цвет и сапфировый. – Он приложил ткани к ее коже, оценивая эффект и стараясь не замечать ее полных обожания глаз. – Да, пожалуй подойдет.

– Как насчет красного? – спросила портниха.

Он посмотрел на огненно-алую ткань и нахмурился.

– Нет, это – ни в коем случае. Может быть, винно-красный… но не алый и не королевский пурпур.

А потом он оставил Джейн у мастерицы на несколько часов для снятия мерок и прочего. Но весь день перед ним как наяву стояли ее восторженные глаза.

Потратив массу времени на примерки и подгонки, Джейн опоздала к обеду. Для девушки сразу, следуя распоряжениям графа, подобрали несколько готовых платьев, кроме заказанных на будущее, и переделали по ее фигуре. Джейн пришлось обедать в одиночестве; она еще поглощала холодного цыпленка и кресс-салат, когда в столовую вошел граф, одетый для прогулки. Джейн неуверенно улыбнулась ему.

– Не хотите ли поехать в парк? – ровным тоном спросил он.

Джейн чуть не упала в обморок.

– Хочу!

– Я буду ждать вас в кабинете.

Джейн, мгновенно потеряв интерес к еде, помчалась наверх, чтобы переодеться в серую амазонку. Руки девушки дрожали от волнения. Она гадала, сказать ли ей графу, что она не умеет ездить верхом, но в конце концов решила ничего не говорить. Граф ведь тогда мог передумать, а Джейн готова была умереть, лишь бы не упустить возможность провести день вместе с Ником.

Увидев предназначенную для нее лошадь, Джейн решила, что она огромна. Джейн осмотрела седло и подумала – а какого черта?! Разве она не актриса? Она каждый день видит, как другие ездят верхом, и у всех это отлично получается. Так неужели она не справится?

Но, очутившись в седле, она инстинктивно вцепилась в него, боясь свалиться. Голос графа, раздавшийся у нее за спиной, заставил Джейн опомниться, и она взяла в руки поводья. И изо всех сил постаралась выглядеть беспечной.

– Конь очень спокойный, не тревожьтесь, – сказал граф, окидывая девушку пристальным взглядом. – Вы немного боитесь?

Джейн улыбнулась от уха до уха:

– Нет конечно!

Выражение лица графа смягчилось.

– Ну, вперед!

Глубоко вздохнув, Джейн хлопнула пятками по боку лошади и с удивлением обнаружила, что та сразу же пустилась иноходью следом за крупным гунтером графа. Джейн улыбнулась. Оказывается, это не так уж и трудно. То есть это совсем легко!

Они спокойно, неторопливо проехали по Нью-роуд. Граф молчал, и Джейн ничего не имела против этого. Она была слишком занята тем, чтобы приспособиться к ходу лошади и разобраться, что и как делают с поводьями, чтобы заставить животное слушаться. Джейн, вообще-то, знала, что она должна дергать за правый повод, если ей нужно повернуть вправо, но когда она провела краткий эксперимент, то никаких результатов не получила. К счастью, ее конь просто следовал за графским, так что Джейн пока что оставалось лишь удерживаться в седле, что весьма облегчало ее задачу. К тому же она могла, не отвлекаясь, во все глаза смотреть на графа, хотя и видела лишь его широкую спину.