— Угаров! — Руслан протянул мне руку.

— Тоже. — Я ударил своей ладонью по его.

— Не слушай, Чен! — Ощупывая свое новое лицо, Руслан стал вертеться перед зеркалом. — Это самозванец!

— Ах ты, больной сукин сын! — Я обхватил его сзади и повалил на ковер.

Наше катание по полу вызвало у доктора определенное беспокойство.

— Сдаешься?! — пропыхтел, оседлав меня, Руслан.

— Сдаюсь!

— Ниже квартира сдается. — Чен топнул ногой. — Можно шуметь. Но сейчас полпятого утра.

— Как полпятого?! — вскричали мы чуть не в унисон.

Благодаря тому, что светофоры еще работали в щадящем режиме, на выставку списанных самолетов мы прибыли без опоздания.

— Костер бы надо развести, — заметил Руслан, мигая фонариком подлетающему вертолету.

— Ага, — согласился я. — И палатку поставить. И девчонок позвать.

Борт Журавля завис над нами, освещая прожектором посадочную площадку. Мы подвинулись, и «вертушка», взметнув снежную пыль, благополучно села на отведенный пятачок. Заглушив двигатель, авиатор спрыгнул в сугроб.

— Метлу вызывали?! — Журавлев, ослепленный лучом фонарика, заморгал. — Угарыч?! Ты?! Ас тобой кто?!

— Пить надо меньше, братуха! — заорал Руслан, сгребая его в охапку.

— Руслан?! — ахнул Журавлев. — Чего это у тебя с рожей?!

— Ты свою сейчас не видишь! — заржал мой двойник.

— Ну ладно! — Вывернувшись из его объятий, вертолетчик достал из-за пазухи латунную фляжку. — Ладно, черти! Узнаете болтушку?!

В руке его тускло блеснул наш счастливый черпак.

— А я-то думал, кто его заныкал? — удивился Руслан.

— Не заныкал, а сохранил. — Наполнив черпак, Журавлев протянул его мне. — С Богом!

Часам к семи утра мы разошлись по своим позициям. Вернее, Руслан с Журавлем еще остались греться в кабине вертолета, а я погреб с рюкзаком в спортивный манеж. Уложенная в рюкзак разобранная снайперская винтовка оттягивала мне плечо, словно бы лишний раз напоминая о том, что оттягивать расследование моего собственного дела уже дальше некуда. Любые проволочки неизбежно вели к потерям с обеих сторон. И меньше всего они волновали тех, кто за всем этим стоял.

— В девять сюда наши сотрудники будут, — предупредил я заспанного сторожа. — Отдашь им.

Приняв на хранение портативную рацию, известную среди специалистов и детективщиков как «уоки-токи», сторож без промедления захлопнул окно будки. Он как бы дал мне понять, что наши разборки его не касаются. Пусть, если что, за них Сергеев отвечает. Станислав Гаврилыч. Или Гаврила Петрович. А со сторожа взятки гладки. Его обязанность — за порядком следить. За беспорядком пусть следят те, кому это по штату полагается.

Узкая площадь перед фасадом легкоатлетического комплекса оживала. Торговый люд подвозил и подносил короба с тюками в предвкушении будущих барышей. Оставив позади бильярдную «Русская пирамида», я толкнулся в следующую дверь. Навстречу мне стремительно выскочил худенький малыш лет шестнадцати в болотного цвета униформе. На левой стороне его чахлой груди красовалась бирка с надписью «охрана».

— В службу эксплуатации, — сказал я, делая шаг вперед.

— Пошел вон! — тонким голосом крикнул недомерок и ткнул меня кулачком.

Вон так вон. Поднимать шум, конфликтуя с юным охранником, в мои планы не входило. Кроме того, я из практики знал, что с подобными ребятами себе дороже связываться. В намерении попытать счастья у другого входа, благо что их имелось в здании предостаточно, я двинулся дальше, но был окликнут.

— Эй, пацан! — Малыш посмотрел на меня снизу вверх злыми колючими глазками. — Ты от Петрухина?!

Я тут же вернулся обратно, ничем, однако, себя не выдавая.

— Насчет крыши?! — сам догадался охранник. — Топай за мной!

«Надеюсь, что мы одну и ту же крышу имеем в виду» — подумал я, топая, как было велено, за ним.

Поднявшись по лестнице на третий уровень, мы очутились над торговыми рядами. Внизу кипела жизнь. Продавцы развешивали, раскладывали и расставляли свои товары повсеместно. И только трибуны манежа сиротливо пустовали. Состязания в коммерции были болельщикам до фени.

— А здесь у нас «греко-римская» борьба! — Мой Вергилий мимоходом кивнул на дверь, где, согласно вывеске, размешалась спортивная секция.