– - Ошибаешься, Мадина. Я не имею обыкновения отказываться от своих слов, и хотя никогда не занимался этим делом, - постараюсь не отстать от вас, - храбрясь, проговорил Иб. и принялся неумело, двумя пальцами выдергивать по перышку.
– Чего ты боишься дотронуться до нее!
– рассмеялась Лида.
– Она ведь даже при большом твоем желании не сможет тебя клюнуть.
– Обязательно, как вы, надо? Может, у меня свой метод. . .
– Да этим своим методом ты и до утра не закончишь. Вошедший Беслан принес Ибрагиму избавление. Громко смеясь, он принялся подтрунивать над другом, которого застал за столь необычным занятием.

– - Вот до чего докатился! . . Не ожидал от тебя такого, не ожидал, - от души хохотал он, толкая в плечо поднявшегося навстречу Ибрагима.
– С ними не только до этого докатишься!
– тоже смеялся тот, возвращаясь на свое место у окна.
– Пока я сам не взялся за дело- ничего у них не получалось. Пришлось немножко поучить их.

– - Да- а, бедненький, умаялся совсем! Всех кур ощипал, пока ты там гулял где- то- сказала Лида, распрямляя занемевшую спину.
– Ну не всех, конечно. . . только половину, - скромно поправил Иб, вызвав общий смех.

Вечером Иб. и Беслан свежевали под навесом барана при неярком свете переноски. Собственно, все делал Иб. Беслан только придерживал подвешенную за заднюю ногу тушу и свободный край шкуры, которую Иб. ловко снимал, почти не пользуясь ножом. Беслан, конечно, справился бы с этим делом не хуже, но Иб. сразу взял все на себя, шутливо отстранив друга со словами: - Ты хотя и младше, но все же брат моей матери, а потому я, как порядочный племянник, не могу допустить, чтобы ты работал, а я смотрел. . .

Через каких- нибудь полчаса с разделкой туши было покончено и части ее висели на больших крюках тут же под навесом. Фатима с помощью Хавы промывала исходящие паром внутренности.

Беслан, сидя на корточках, смолил на маленьком костре насаженную на палку баранью голову, не забывая время от времени менять положение ножек, прислоненных к огню сбоку. Иб. освободившийся от дел, вышел на улицу и неторопливо прохаживался перед домом. Он бы с большим удовольствием посидел на кухне, где возились девки, и раньше, не задумываясь, пошел бы туда: но теперь(может, именно потому, что оч. этого хотелось)ему казалось неприличным сидеть с дев- ми одному, а потому он дожидался Беслана.

Наконец, вышел и Беслан. Друзья предусмотрительно удалились от своей калитки, чтобы избежать встречи с кем- либо из стариков, могущих застать их за курением. Расположились на скамейке перед соседним домом, разговорились, Иб. признался, что на работе иногда приходится трудно, ибо на практике все оказалось иначе и гораздо сложнее, чем учили в институте.

– - Я- то давно знаю, что мы проходили много такого, без чего можно прекрасно обойтись- с готовностью подхватил Беслан.
– Половину дисциплин из программы безболезненно можно бы выбросить.
– Ничего себе замахнулся.
– Да будь это в моей власти- именно так бы и поступил.
– И первым делом ты исключил бы, конечно же, философию, которую сдал лишь с 3- ей попытки- поддел Иб.
– Ты удивительно догадлив!
– засмеялся Беслан.

Иб. принялся доказывать, что лишних, бесполезных предметов в программе нет. Беслан перебил: - Хватит, что ты меня все воспитываешь да восп- шь! Все равно не переубедишь. Я признавал и буду приз- ть полезными только спецпредметы. Тебя послушать- выходит, если я прошел философию- могу решить любой жизненный вопрос.
– Нет, не выходит.
– Но ты ведь сам только что говорил!
– Я не про твой случай говорил. Сам прекрасно понимаешь: от твоей философии проку- чуть. Ты же не вникал в суть, а зубрил, лишь бы сдать и отвязаться. . .

– - Как и все студенты. Во всяком случае- подавляющее большинство.
– Больше чем уверен, что ты уже теперь мало что помнишь.
– Угадал! Зачем ее помнить, если я уже сдал? Понимаешь- сдал.
– Почему ты всегда стараешься казаться глупее, чем есть на самом деле?
– Глупее? . .
– возмутился Беслан.
– Ну легкомысленнее.
– Уж и побалаганить нельзя- прикинулся обиженным Беслан.
– Сразу готов ярлык припечатать. И с чего ты в последнее время такой задавастый стал? Неужели все дело в красном дипломе? . .

– - С тобой невозможно говорить серьезно.
– Ты же знаешь, что серьезные разговоры наводят на меня уныние. К тому же я весьма сомневаюсь, что эти не имеющие никакого отношения к специальности предметы так уж способствуют развитию мышления, как ты утверждаешь.
– Можешь не сомневаться- способствуют. Разумеется, только в том случае, когда их не просто"проходят", а изучают.
– Ладно, оставь, в абстрактном мышлении я не силен. Признаю только конкретную, практическую пользу.
– Между прочим, мне уже пригодилось знание истории. Пример как раз по тебе- приземленный, примитивный.