Он придвинулся ближе к ней. Теперь его пальцы касались ее губ – губ, которые так жаждали целовать его. Он трогал ее нежно и аккуратно, словно изучая.

Элла сидела не двигаясь. Сердце выпрыгивало из ее груди. Она мечтала о нем, видела его во сне, представляла в своих эротических фантазиях, но ничто не могло сравниться с тем, что она чувствовала сейчас.

Да, это называется прелюдией. Прелюдией, на которую, как ей казалось, он не способен. Он всего лишь касался пальцами ее губ, но ей казалось, словно эти пальцы ласкают ее намного ниже – там, где она уже ощущала приятную влагу.

Она нежно взяла зубами его средний палец и провела по нему языком. Тогда он резко притянул ее к себе и прижался к ее губам своими. Это был невероятно чувственный, глубокий поцелуй. Они соприкасались языками, и он так крепко обнимал ее. Оба словно заранее знали, как именно любит целоваться каждый из них. Когда Элла была готова остановиться, напомнить ему, что у этого не может быть продолжения, он схватил ее за грудь. Да, не коснулся, не дотронулся, а именно схватил. Внутри ее происходила настоящая борьба. Разум подсказывал, что нужно бежать, но чувства говорили обратное. Ее целовал обнаженный Санто Корретти.

На мгновение он остановился, словно прочитав сомнение в ее в глазах. Однако уже в следующую секунду он схватил ее за бедра и повалил на кровать. Один кувырок, и она уже лежит на нем сверху.

– Не хочу знать, о чем ты думаешь, – прошептал он и продолжил целовать ее.

Элле казалось, что она совершенно голая. Он крепко сжимал ее бедра, а она чувствовала его твердую эрекцию у себя между ног. Его действия уже не были столь деликатны, как пару минут назад. Он стремительно расстегнул ее блузку и схватил ее за грудь обеими руками.

– Санто… – Она пыталась остановить его, понимая, с каким огнем играет. Но ни о каком контроле над ситуацией не может быть и речи, когда ты оказываешься в одной постели с Санто Корретти.

– Ну же, Элла…

Он торопил ее, и у него были на то причины. Он знал, что, как только войдет в нее, в ту же секунду для него все может закончиться – настолько велико было его желание. Поэтому он хотел довести до оргазма сначала ее, а затем себя. Он трогал ее между ног и прижимался своим горячим твердым членом к ее лону. Он давно потерял счет минутам и даже не заметил, что она уже не целует его. Элла подняла голову, и ритмичное движение двух горящих тел остановилось.

– Вам нужно поспать. – Ей едва хватило дыхания, чтобы сказать это.

– Ты не можешь так поступить со мной, Элла, – сквозь зубы процедил Санто и снова сжал пальцы на ее бедрах.

– Я должна.

– Элла!

– Мы просто поцеловались, – попыталась оправдаться она, скорее перед собой, чем перед ним. – Поцелуй не всегда приводит к чему-то большему. – Все ее тело взывало к любви, но именно этого она и боялась. Она не хотела давать волю своим чувствам к Санто Корретти. Разум подсказывал ей, что так будет правильно. – Вы видели свою шею? – тихо спросила она. – Вам, думаю, было бы неприятно, если у меня…

– Это не то, что ты думаешь, – перебил он. – Прошлой ночью ничего не было. – Он видел, что она не верит ему. – Клянусь, я послал ее ко всем чертям. Тогда она присосалась к моей шее, как пиявка.

– Вам надо быть более разборчивым.

Она прижималась грудью к его груди, а он все еще сжимал в руках ее ягодицы.

– Слушаюсь, мисс.

Лежа на Санто Корретти в номере с зашторенными окнами, сложно совладать с собой. Но Элла уважала себя за то, что никогда не теряла голову. Нужно, чтобы и этот раз не стал исключением.

– Ложитесь спать, – прошептала она и нежно поцеловала его в губы.

Встав с кровати, Элла застегнула блузку и взяла мобильный Санто. Когда она подошла к двери, он окликнул ее:

– Подай мне, пожалуйста, платок.

– Прошу прощения? – переспросила она.

– Никогда не думал, что плакать – такое омерзительное занятие, – произнес Санто своим привычным голосом. – Никогда этого не делал и, надеюсь, больше не буду. Чувствую себя так, словно простудился.

– Вы хотите, чтобы я вам поверила?

Она взяла со столика упаковку носовых платков и кинула ему на кровать. Когда она дернула дверную ручку, его голос раздался снова:

– Может, все-таки передумаешь?

Закрыв дверь спальни, Элла прошла на кухню и налила в кружку виноградный сок. Нет, она не передумает. Ей нравилось послевкусие его поцелуев и приятная дрожь в теле от его объятий, но этой истории не следовало продолжаться. В том, что касается работы, Элла была предельно серьезной и целеустремленной девушкой, не позволяющей ни одному мужчине встать у нее на пути.