— Я ничего не мог поделать. Они вынудили меня…

— Вы первый с ними связались!

Хобарт отвернулся. Он него несло кровью и разложением, и Лидия видела, что за время, прошедшее с их последней встречи в гостинице, его зубы выросли и изменили форму. Синяки и припухлости отмечали те места, где швы черепа начали размягчаться и смещаться, чтобы в конце концов превратить его лицо в морду яогуай.

— Вы не понимаете, — он отступил в сторону, чтобы дать ей отойти от лестницы.

— Насколько я понимаю, — ей с трудом удавалось сохранить ровный тон, — вы принесли меня сюда, чтобы госпожа Цзо и ее прихвостни смогли остановить моего мужа, которому прекрасно известно, что Цзо хочет подчинить себе тварей из шахт и продать их президенту Юаню.

— Ему не причинят вреда! Боже правый, не думаете же вы, что я позволю китайцам убить белого человека! Им надо, чтобы он покинул страну, вот и все.

— Они поджидали его в ту ночь, когда он бежал, — возразила Лидия. — И как быть с обвинением в предательстве? Что, по-вашему, должны сделать королевские чиновники, когда он вернется в Англию? Скажете, что ничего страшного, все, что произошло в Китае, не считается?

— Слушайте, они… они нашли человека, который сознается в убийстве девчонки Эддингтон, — Хобарт провел рукой по лицу, словно пытаясь стряхнуть одолевающую дремоту. — Пять сотен фунтов… этот китаец болен, он умирает, и деньги нужны ему для семьи.

— И вы в это верите? — Лидия с сомнением уставилась на него.

— Я… — Хобарт запнулся. — Ань сказал…

— О да, истинный столп праведности. Они всего лишь нашли человека, который согласился оговорить себя, чтобы сохранить жизнь своей жене или другому родственнику. Ваши пять сотен окажутся в кармане госпожи Цзо… Да, кстати… тот же мистер Ань говорил вам, что его девушкам нравится, когда их бьют, разве не так?

Изуродованное лицо здоровяка сморщилось в гримасе, и он снова отвел взгляд:

— Вы не понимаете, — он потер лицо. В тех местах, где начинали утолщаться ногти, пальцы у него распухли и посинели. Наверное, боль была адской. — Не только я пользовался услугами Аня, знаете ли.

Лидия едва сдержалась, чтобы не закричать: «А какая разница?» Вместо этого она спросила, стараясь говорить спокойно:

— Что с вами произошло?

— Я пришел сюда в четверг вечером, чтобы отдать Аню деньги. Ваш муж бежал, и я понадеялся, что их это устроит. Ань опаздывал, так что я ждал его в… в одном из внутренних двориков.

Он что-то утаил. Близорукость и лондонская светская жизнь приучили Лидию различать малейшие изменения в интонации, указывающие на то, что человек врет. Виденный Джейми флигель с порнографическими изображениями? Интересно, как можно заказать такого рода картины, находясь в Китае? Наверное, Аннетта Откёр смогла бы ответить на этот вопрос…

— Я услышал какую-то возню и вышел во двор. Это… это существо, эта тварь выскочила на меня из темноты. У меня была трость с клинком, я порезал его… потом появился один из племенников Цзо, но я не видел его лица… его морду… пока он не подбежал совсем близко. Боже правый, что с ними такое? Подошли Цзи-туань и старший из сыновей Цзо, его зовут И… их ребята скрутили обеих тварей, а И сказал мне молчать обо всем, что я видел и слышал. Если мне дорога моя жизнь и жизнь моего сына… Их человек может проникнуть в посольскую тюрьму и убить заключенного, как вы понимаете… Но я заметил, что у Цзи-туаня лицо тоже меняется.

— И вы вернулись, — мягко подхватила Лидия, — когда почувствовали себя нездоровым?

— Пришлось! Я ведь видел, что с Цзи-туанем все в порядке. То есть, он выглядел ужасно, но вроде как был в своем уме. У него не было этих… этих кошмарных провалов в памяти и вспышек, как у меня… Я пришел сюда в пятницу вечером, тогда еще в «Саду императрицы» начались беспорядки, и госпожа Цзо сказала, что да, у них есть китайские снадобья, какие-то травы, которые помогут мне справиться с болезнью. Но чтобы получить их, мне надо доставить вас сюда. Цзо сказала, что просто поговорит с вами, и поклялась, что не причинит вам вреда…

— И на чем же она поклялась? — полюбопытствовала Лидия? — На библии? Госпожа Цзо — христианка? Или же здесь клянутся на писаниях Конфуция? Думаю, вполне возможно…

Хобарт снова дернулся и раззявил рот, словно собираясь не только ударить, но и укусить ее.

— Заткнись, болтливая сучка!

Лидия отпрянула назад, став так, чтобы между ними оказался угол стола.

— Я сказал, что тебе не причинят вреда…

— Они без колебаний убили мистера Вудрива, — тихо сказала она.

Хобарт мотнул головой, как одолеваемая оводами лошадь.

— Что?

— Мистера Вудрива. Человека, которому вы, насколько я могу судить, заплатили, чтобы он выманил меня из номера, поскольку знали, что на вашу просьбу я не откликнусь.

— Я… ему не надо было…

В неярком пламени свечи Лидия видела, как его вдруг охватила дрожь. Он поднес руку к уху и сделал такой жест, будто хотел схватить что-то.

— Прошу прощения? — Хобарт заморгал, словно очнувшись ото сна.

Его рассудок начал сдавать. На Лидию нахлынула паника. Сколько времени нужно, чтобы окончательно превратиться в яогуай? И сколько времени осталось до того, как Хобарт набросится на нее?